Читаем Операция «Пилот» полностью

— Они охотно продемонстрировали свое местоположение, пишут на самом деле из Киева. В чем, собственно, мы и не сомневались, — кашлянула Титова от торопливости. — Теперь они требуют, чтобы он сфотографировался в летной экипировке около самолета с бумажкой в руках, где написано «337». А еще лучше снял видео. Хотят убедиться, что он в самом деле летчик, а не обслуга аэродрома — техник, уборщик и тому подобное.

— Законное требование. Этого следовало ожидать. — Ермилов задумчиво поглядел в казавшееся черным омутом большое окно.

Стекло отражало свет большой люстры, но от этого чернота выглядела космической, засасывающей. Вечерняя Москва за окном и в самом деле напоминала воронку, огни машин смывало с дорог, но не к центру, а наоборот, к спальным районам. Затем на какое-то время движение почти прекращалось, а утром всех засасывало обратно по направлению к центру. Сейчас уже гул стихал, только иногда пробивала тишину кабинета сирена какой-нибудь служебной машины и тикали часы.

— А ты знаешь, это любопытно, — вдруг сказал полковник, чему-то обрадовавшись.

— Что именно? — осторожно поинтересовалась Инна. Она привыкла к нестандартному мышлению начальника, но никогда не была готова к очередному витку его умозаключений. Ей хотелось бы рассуждать так же, но пока не хватало опыта.

— То, что они не убеждены стопроцентно в профессиональной принадлежности человека, на которого сами же вышли, говорит о том, что ориентировались они лишь на фотографию его в летной форме, выловленную ими в соцсетях.

— Ну? — все еще не улавливала ход его мыслей Титова.

— Только лишь соцсети, понимаешь? Нету у них агентов около наших летчиков. — Он думал про Пелехова — подопечного Егорова. — Ну в твоем случае наверняка. Кроме слежки через телефон, у них ничего нет. И все-таки надо быть чрезвычайно осмотрительными. Что еще?

— За пятисекундное видео с табличкой около борта Евгений потребовал у них аванс. Дескать, я рискую, а пока, кроме пустой болтовни, никаких дивидендов. Он продолжает поддавливать их по поводу того, что это все подстава и они на самом деле фээсбэшники и проверяют его. А гуровцы уверяют, что локация подтверждает, что они не из ФСБ, поскольку российская контрразведка не может действовать в центре Киева.

— Они в этом уверены? — уточнил Ермилов и вспомнил о Горюнове. — Ну-ну. И что по авансу? Они предлагают перечислить деньги на карту пилота?

— Да, про карту отдельный разговор был. Как вы и просили, он заартачился сперва насчет того, чтобы дать номер карты. Где, мол, гарантия, что не мошенники? А они уверяют, что не стали бы ради банального мошенничества придумывать такую сложную схему с выходом на конкретного пилота боевого самолета. Им в самом деле нужен самолет. И они готовы перечислить деньги на карту одного из четырех российских банков. Понятное дело, это возможно сделать только с территории России. Евгений не стал форсировать, хотя они и сами заикнулись о других возможностях передачи денег. По-видимому, речь о контактном способе, а может, и бесконтактном, но наличными. Сошлись на семи тысячах долларов, хотя сперва предлагали четыре.

— Как это будет на практике?

— Он получает первый транш, потом отсылает пятисекундное видео, затем они осуществляют второй перевод. После чего начинают процесс оформления паспорта для жены Евгения.

— Пускай все делает, как они договорились, — решил Ермилов.

Едва он закончил разговор с Титовой, сразу же набрал по внутренней связи номер телефона Говорова. Тот ответил со вздохом:

— Слушаю.

— Еще не ушел? — задал риторический вопрос Ермилов.

— Я в одном сапоге, — пропыхтел переобувающийся Говоров.

— В кирзовом? — пошутил полковник, хотя прекрасно знал о манере Леонида тепло одеваться и перед каждым выходом на улицу экипироваться по полной. — Леня, скажи-ка, ты ведь держишь информацию по всем пилотам в своей многомудрой голове, кому ГУР уже предлагало снять видео с конкретными цифрами на бумажке около борта самолета?

— Практически всем, кроме липецкого парня. Его пока не просили. Но он чуть позже включился в нашу игру. А что?

— Надевай второй сапог и чеши домой. Только сперва принеси распечатки с просьбой снять видео.

Говоров уже в куртке забежал отдать папку. Попрощавшись с ним, Ермилов повесил куртку в шкаф и достал оттуда с верхней полки подушку в мятой наволочке. Метко бросил ее на диван. Снял галстук, пиджак повесил на плечики и улегся, накинув плед на ноги. Положил рядом на столике очки и папку.

Ехать уже бессмысленно, через несколько часов обратно. Это у Говорова завтра выходной, а ему работать.

Для всех пилотов гуровцы выбрали разные цифры. Любопытно, почему? 339, 397, 377 и так далее. По здравом размышлении Ермилов пришел к выводу, что это, в сущности, не имеет значения. Одному из летчиков второй аванс обещали выдать через его семью, когда она вылетит в Прибалтику, чтобы им там было на что жить.