Читаем Операция "ГОРБИ" полностью

— Я понимаю, Александр Николаевич, вы всю ночь пытались докопаться до истины, — Горбачев попытался перевести разговор в шутливое русло

— Ой, не говорите! Докапывался до этой треклятой истины цельную ночь...

— Я знаю только одно, Александр Николаевич. Ко всему в этом мире надо подходить диалектически. Так часто говорит моя жена. А она ведь у меня — ученый, кандидат философских наук!

— Золотые слова. Ваша жена — мудрая женщина. — Яковлев встал и направился к выходу, мол, пора уже и в дорогу,

— У любой медали — две стороны, Александр Николаевич. И диалектический подход моей жены, это очень правильная позиция. Вот я сегодня утром вспомнил наш разговор про нэп и элементы капитализма для лечения больной советской экономики. И подумал, а что, если к этому отнестись диалектически, а? — Горбачев рассмеялся.

— Вот именно. Я знал, что наш разговор западет вам в душу.

— Так и знали? Какой вы, однако, непростой, Александр Николаевич.

— Ох, непростой... Точное наблюдение. Я ведь сегодня утром за вас интервью давал, Михаил Сергеевич. Право, не сердитесь на меня.

— Что?!

— Да ладно, пойдемте. По дороге все расскажу.

И Яковлев по дороге из посольства рассказал, как все было. Узнав о визите Горбачева в Канаду, в посольство прибежал молодой журналист из американской газеты «Глоб энд Мэйл». У этой газеты в Оттаве свое бюро. Журналист очень хотел сделать интервью с молодым советским политиком — Горбачевым. Даже приврал, что встреча с Горбачевым уже согласована. Короче, упорно настаивал на интервью лично с Михаилом Сергеевичем. Но время было неудобное, после тяжелого дня Горбачев сладко спал. И только он, Яковлев, появился в посольстве ни свет ни заря, так как мучился бессонницей. И тогда советскому послу в Канаде пришло в голову сказать этому борзописцу так: «Михаил Сергеевич очень устал, а если вашу газету интересует конкретная информация, то можно побеседовать и с Яковлевым. Мы с Горбачевым мыслим одинаково».

Горбачев удивленно смотрел на советского посла в Канаде.

— Мы мыслим... одинаково?

— Очень похоже. Как выражается ваша жена — диалектически. Да. Мы оба — прогрессивные, трезвомыслящие политики. Только от меня, да еще от вас, Михаил Сергеевич, американцы могут услышать, что Союз хочет не конфликтовать, а сотрудничать с Западом. А разве это не так? Тем паче, что внутренних ресурсов Союза уже ни на что не хватает, кроме как на военный бюджет. — Яковлев доверительно коснулся локтя Горбачева.

— Да, гонка вооружений заходит в тупик. Огромные деньги вылетают в трубу — человечество решило уничтожить Землю и собственную цивилизацию, — пробормотал Горбачев себе под нос.

— Вот именно. Об этом-то я и говорил в интервью. Простите, что от вашего имени. Не обижайтесь, мой дорогой, именно этого и требовала моя дипломатическая миссия. Да, я много всего наговорил этому борзописцу... ух, чего я ему только наговорил! Сегодня он пришлет текст вашего интервью нам в посольство на визирование.

— Я хоть смогу на текст взглянуть?

— А зачем? — Яковлев упрямо сдвинул к переносице свои дремучие, почти как у Брежнева, брови и машинально коснулся холеной рукой вначале широкого, с большими залысинами, лба, а затем и своего по-деревенски расшалепистого носа. — А впрочем, как хотите. Можете и взглянуть. Только его править особо не надо... лишняя морока...

На улице светило майское солнце, и теплый ветер шелестел в зеленых пятилистниках каштанов с бело-розовыми свечками цветов. Откуда-то доносился аромат чайных роз. Черные лакированные автомобили уже ждали Горбачева и Яковлева. Они пошли к автомобилям по выложенной каменными плитами тропинке, между пушистыми реликтовыми соснами и бронзовой колоннадой красного канадского кедра.

— Я решил отнестись к вашему поступку с интервью диалектически, — улыбнулся Горбачев, готовясь сесть в машину.

— Спасибо. Вот видите, мое общество приводит вас в хорошее расположение духа.

— А вообще, Александр Николаевич, отчего бы вам не вернуться на Родину? Раз мы с вами мыслим одинаково, то и работать должны вместе. В нашей команде по «перестройке» вы стали бы незаменимым человеком. Настоящим архитектором Перестройки!

— Вы серьезно? Надо подумать, обмозговать...

НА ЗАМЕТКЕ У ЦРУ

В мае 1983 года в американской газете «Глоб энд Мэйл» на первой полосе появилось «Эксклюзивное интервью о международной политике Михаила Горбачева, прибывшего с официальным визитом в Канаду». Помощник директора ЦРУ Уильям Кейси положил вырезку из газеты с портретом Горбачева на стол перед своим шефом.

— Кто это? — Кейси вскинул брови, ткнув тяжелой авторучкой в портрет Горбачева.

— Господин директор, это молодой русский политик, Михаил Горбачев. Он сейчас в Канаде. Обратите внимание, Горбачев заявил, что мыслит точно так же, как и советский посол в Канаде Александр Яковлев, — помощник многозначительно округлил глаза. — Наш Яковлев...

— Спасибо. Я посмотрю.