Читаем Операция «Эпсилон» полностью

– Ну, новости… Хорошо, у охраны была спутниковая тарелка и телевизор. Хотя… как хорошо? Там были сначала пара наших каналов, но без новостей и в записи трансляция шла, научные передачи, кино. Главных каналов вообще не было. «Первый», «россия 24», «твц» – ничего не было, просто синий экран или написано «нет сигнала». А ихние все есть… ну, американские, английские, немецкие. И то, сначала почти все без дикторов были, только лента новостей шла и картинки. Потом дикторы в каких-то маленьких комнатах с людьми стали транслироваться… просто стена или материал какой-то, тряпка сзади… люди там ходят, разговаривают, и он читает. Это такие новости они стали показывать. А уже потом нормально из студий стали идти, только откуда-то из Австралии, Новой Зеландии, Канады. А остальные, ну… индийские, китайские, арабские там… бразильские, они вообще всё время из студий шли. Как из Австралии стали все ихние «бибиси» и «сиэнэн» трансляции вести, мы сразу поняли – наши накрыли их.

– А что… показывали, что у них там происходит? – Калинин сел удобнее.

– У-у… Реально жесть. Апокалипсис. С вертолётов съёмки, с беспилотников, даже со спутников. Там жесть адская! Блин, там такие муки у людей!.. Кто обгорел с одеждой наполовину, кого столбом или машиной зажало, стенами завалило. Там дом один показали такой, невысокий. Вот он стоит, да, почти весь из железа… железные балки и стёкла, окна такие большие. И вот боеголовка рванула, и вот эти железные балки стоят, а с одной стороны на земле – гора стекла, и в ней люди. То есть такая насыпь образовалась из стекла и людей. Там всех с этажей сдуло, и все вот вниз попадали… там кровь, мясо… И там много других ещё репортажей. Но потом свет вырубили, и вообще мрак стал. У вас, говорят, ещё раньше вырубили? Пока свет был, в туалете была вода, а потом смотрим… как свет погас… вода всё меньше так, всё меньше. Напор исчез. В общем, уже хреново стало совсем.

К рассказу Севолина прислушивались расположившиеся по соседству люди. Пришёл и Малонов, сел на табурет у кровати Егора.

– Ну а потом… Уже сколько можно сидеть без света, без еды? Дети все плачут. Все выбегали же, ничего не взяли. Ну, там может одежду тёплую, документы, деньги. А теперь детям и есть хочется, и пить, и памперсы поменять надо. Мы-то, взрослые, потерпеть можем, а дети? И хорошо опять, там у нас машины были, хоть как-то там с удобством устроиться можно было, а были люди же вообще посторонние, им и сесть не на что было. Мы, конечно, сами… ну, у кого там были машины… давали им места. А!.. что ещё… задолбались. Там несколько машин были, а хозяев не было. Наверное, в другом месте прятались. И сигнализация срабатывала у них. Тоже мраки. А потом уже надоело мне сидеть, хотелось знать, что происходит? Отбоя тревоги нет. Я ОЗК надеваю, противогаз, бахилы… и иду. А, да!.. Вот тут же близко взрывы были, это уже рассвело. А мы не знаем, какая радиация? Может, нам кранты будут через пару часов. А у меня дома есть радиометр. За двадцать пять тысяч покупал год назад. Я думаю, может, хоть его возьму – буду знать обстановку. Одел ОЗК, пошёл домой. Иду – никого нет. Там, где-то за домами, за деревьями вижу только дым… ну, грибы ядерные. Но это так… там просто дым уже, даже облака… А взрывы иногда слышно, но далеко.

– А часто взрывы? – спросил Мацкевич.