Читаем Операция «Эпсилон» полностью

Занятые неполадками с автомобилем, они не заметили, что впереди в те же мгновения погрузился во тьму населённый пункт, а сзади погасли огни бензоколонки. Далеко справа, куда уходили мачты высоковольтной линии электропередач, что-то вспыхнуло, воздух вокруг проводов на секунду засветился голубоватым светом, и кое-где брызнули снопы искр. Гелик, проклиная русских военных, пару раз легонько стукнул по приборной панели, несколько секунд прислушивался к работе двигателя, а затем повернул руль к обочине и стал тормозить автомобиль.

Машина не успела остановиться. Подобие метеора скользнуло от низких туч к земле – и сразу же наступил яркий солнечный полдень! Только это был необычный полдень: солнце находилось не в зените, а под облаками, в соприкосновении с землёй. Блок американской межконтинентальной ракеты мощностью в триста килотонн, ушедший в сторону от цели на три десятка вёрст, взорвался у самой земли.

Взрыв пластита сжал две части первичного плутониевого заряда в сверхкритическую массу. Цепная реакция ядерного распада подняла температуру и породила излучение, которое инициировало срабатывание основного заряда в нижней части блока. Основной заряд состоял из четырёх плутониевых сфер с начинкой из дейтерида лития. В них произошла реакция синтеза гелия из тяжёлых изотопов водорода с выделением колоссальной энергии.

Плазменный шар, имевший мощнейшее электромагнитное поле и температуру в миллионы градусов – в объёме которого, собственно, и происходила термоядерная реакция – имел диаметр в несколько десятков метров и просуществовал микросекунды. Однако за это время он не только расплавил на сотню метров вокруг грунт, но и испарил его значительную часть. Загорелся воздух – образовалась полусфера вторичной плазмы диаметром около километра и с температурой выше, чем на видимой поверхности солнца.

Хотя большая часть полусферы оказалась над поверхностью земли, она своей световой энергией испепеляла окрестности весьма короткое время, секунды две-три – её скрыла стена из тысяч кубометров взметнувшегося к небесам расплавленного грунта и клубы наэлектризованной пыли. В дождевых тучах образовалась дыра и стала шириться с великой быстротой. Выше показался слой других облаков – через секунду и в нём тоже образовалась дыра, увеличивавшаяся ещё быстрее, чем нижняя. Где-то в самой высоте, на фоне чёрного неба, показался третий облачный слой: полупрозрачный, легковесный, с белыми сгущениями, похожими на перья, – и он начал быстро исчезать.

Аслан и Гелик не успели понять, что происходит. Вспышка была слишком короткой, чтобы раскалить или сжечь всё на поверхности земли в радиусе нескольких километров – сжечь вместе с тормозящим автомобилем и двумя ворами в нём, но она была достаточно близко, чтобы под воздействием излучения их глаза меньше чем за секунду превратились в белые пухлые мешочки, кожа стала красновато-лиловой даже под одеждой, в той части тела, которая не была прикрыта от вспышки металлическим корпусом автомобиля, причём верхний её слой сейчас же стал отделяться от основной массы, белея и надуваясь влажными пузырями. Через секунду в машине находились два усыхающих тела, чьи мышцы ещё мелко содрогались, но в них уже не было личностей Аслана Кутарбы и Гочи Сартании.

Ещё мгновение… и чёрный «Гелендваген» подскочил над рвущимся дорожным полотном: его подбросила дыбящаяся пылью и камнями твёрдая волна. Уже в воздухе по автомобилю ударила невидимая бита, дробя стёкла и пластик, сминая железо. Сработали подушки безопасности, но из-за громадного давления вокруг они раздулись до размеров небольших воздушных шаров и не лопались. Машина пролетела с полдюжины метров, упала на землю, обратная воздушная волна несколько раз её перевернула… из чрева автомобиля выпали два тела… Два тела, какие-то вещи, и среди них – термосумка.

В двух с половиной километрах от искорёженного автомобиля в ночное небо поднимались из горячего кратера километровые языки пламени, ревели взбешённые атмосферные массы и гудела потревоженная земля. А спустя несколько секунд новая вспышка осветила землю и выросший над ней багрово тлеющий гриб… За ней последовала другая, третья, четвёртая…

В клинической больнице Н-ска объявление воздушной тревоги вызвало такой же переполох, как и в тысячах других лечебных учреждениях Российской федерации. По всему городу завыли сирены: так называемый сигнал «Внимание всем». Динамики всеобщего оповещения были установлены и на двух зданиях больницы. Когда сирены замолкли, зазвучало объявление: «Внимание! Внимание! Граждане! Воздушная тревога! Воздушная тревога! Радиационная опасность!» Потом пошла краткая инструкция для населения, опять сирены – и по-новому.