Читаем Опасные леди полностью

Сердце Джесс забилось, как крылья недавно оперившегося птенца, впервые вылетающего из гнезда. Как быстро он перенесся из этого вечера в будущее, где у них уже есть внуки. Брак с этим человеком может оказаться хорошим союзом двух умов, не говоря уж о сексуальном единении, которое, как ей казалось, должно быть удачным. Впрочем, все это, возможно, последствия адской смеси бренди, мартини и вина, фатальный коктейль, навеявший на нее дурман несбыточных грез. Ах, in vino veritas, истина в вине.

И когда он через стол дотянулся до ее руки и нежно прикоснулся к ней теплыми, соблазняющими губами, Джесс показалось, что она падает с большой высоты, и это ощущение чрезвычайно ее развеселило.

– Я нахожу вас просто восхитительной, Джессика Лемберт, – проговорил он, отпуская ее руку: – Вы лучшее, что я нашел здесь, в Нью-Йорке, в этот приезд. Когда вы собираетесь возвращаться в Англию?

– Я… ну, я…

Ей вовсе не хотелось возвращаться, во всяком случае, не сейчас. Не хотелось также признаваться, что она как последняя идиотка опоздала на самолет и теперь дожидается, когда ей сообщат о возможности вылета другим рейсом. «Конкорд» может произвести на него впечатление, но это ничего не значит. Если он предложит ей задержаться на несколько дней в Нью-Йорке, она с радостью согласится.

– А когда вы возвращаетесь? – мягко ответила она вопросом на вопрос, давая ему возможность подсказать ей следующий шаг.

Он посмотрел на нее несколько удивленно и слегка пожал плечами.

– Меня сейчас это мало волнует. Думаю, судьба сама подскажет, что теперь делать. А как вы относитесь к судьбе, Джессика?

Последовала пауза, во время которой Джесс мечтательно обдумывала услышанное. Она понимала его все лучше и чувствовала, что их соединяет нечто очень сильное. Пока она непривычно долго для себя обдумывала ответ, ибо ей не хотелось сказать что-то невпопад, он встал, с неизменно томным выражением красивых серых глаз обошел стол и, взяв ее за руку, заставил подняться. Затем, нежно обняв, поцеловал в губы, отчего Джесс испытала восхитительное ощущение, голова ее слегка закружилась, и сознание поплыло куда-то за пределы…

Она даже не знала, что так бывает. Все отдалилось, остался только этот поцелуй, такой нежный, проникновенный и сокровенный.

Наконец Оливер отвел с ее лица прядку волос и тихо сказал:

– Вы не ответили на мой вопрос.

За всю свою жизнь Джесс не могла припомнить ничего подобного. Она смотрела на него, чувствуя себя в этот момент чуть лине помешанной. Силы небесные, Джессика Лемберт – помешанная! Она еще могла представить, что похожее переживала бы ее сестра, умудрившаяся в сутолоке городской жизни сохранить свою наивность и уязвимость. Но она-то, она сама, Джесс, всегда считала себя выдержанной и умудренной жизненным опытом.

Оно тихо засмеялся.

– Вы кажетесь слегка ошеломленной.

Я польщен. – Его руки соскользнули с ее плеч к талии, и он сильнее прижал ее к себе. – Я повторю вопрос. Как вы относитесь к судьбе, мисс Джессика Лемберт?

Она понимала, что вопрос таит в себе больше, чем сказано. На самом деле он пытается выяснить, согласна ли она на развитие отношений, желает ли она этого. Наверное, это и действительно судьба: одно неосторожное движение, от которого содержимое ее стакана выплеснулось на него, ввергло Джесс в притягательный мир этого человека. Они едва успели познакомиться, но ощущение такое, что они знали друг друга всегда, и это действительно похоже на судьбу. Следовать своим инстинктам было одним из сильных качеств Джесс. Иногда, правда, в ней проявлялось нечто, скорее подходящее ее пугливой сестре, служа как бы предостережением. Но Эбби здесь сейчас нет, некому поучать ее, а потому она вольна следовать зову своего сердца. Джесс верила, что у нее есть на это право, и лишь этим правом она и намерена руководствоваться.

Подняв руки, она охватила ладонями его красивое лицо. К черту все дела и заботы! В этом суровом мире не так уж много удовольствий, а появление в ее жизни такого человека сулило много радостей.

– Я редко, Оливер, теряюсь в выборе слов, но, может быть, это и есть ответ на все ваши вопросы.

Она приблизила к нему губы, и он встретил их новым поцелуем, по целуем страстным, магнетическая сила которого пронзила ее насквозь.

Он искусно приоткрыл ее губы, отчего Джесс пришла в сильное возбуждение, а когда его рука проскользнула за отворот халата и коснулась ее груди, она поняла, что назад дороги нет. Ее сердце все разрешало ей. Она знала, что хочет его, а он хочет ее. И время их жизни потекло медленно, совсем как банановый дайкири.

Прикосновения к пылающей груди принесли ей несказанное наслаждение, а он, чуть отстранившись, снова приблизился к ней, ласково покусывая ее нижнюю губу, после чего наклонился и тронул губами набухший сосок.

Джесс застонала, а он начал совершать круговые движения языком, доводя ее до исступления. Джесс почти уже потеряла власть над собой. Она желала его больше, чем кого бы то ни было раньше, и это еще раз подсказывало ей, что он совсем особый, ни на кого не похожий мужчина.