Читаем Оноре де Бальзак полностью

Шестого июня 1838 года Оноре расстается с Миланом и едет во Францию. По возвращении из предыдущего путешествия по Италии его ожидало известие о смерти госпожи де Берни, теперь новый траур: седьмого июня в нищете скончалась госпожа д’Абрантес. В этот день он пересекал Альпы. Бальзак давно не встречался с гордячкой герцогиней: когда-то был ее любовником, потом правил ее воспоминания и с тех пор относился с умеренной нежностью. За два или три месяца до своей смерти она жаловалась Оноре на его безразличие: «Я хотела бы, наконец, знать, друзья мы или люди, которые вот-вот станут врагами. Середины не бывает». Теперь он чувствовал за собой некоторую вину: не был на ее похоронах, тогда как Шатобриан, Гюго, Дюма, госпожа Рекамье проводили ее в последний путь.

Бальзак напишет Ганской: «Из газет вы узнаете о печальном конце бедной герцогини д’Абрантес. Она закончила свои дни так же, как закончила свои Империя». Он не склонен сравнивать преданность Лоры де Берни, подарившей ему исключительную любовь, и основанное на интересе чувство Лоры д’Абрантес, видевшей в нем прежде всего известного литератора, чьи советы могли оказаться полезными. Ушла его любовница, чьи объятия были горячи и чьи руки отныне – только прах.

Оноре был подавлен, размышлял над тем, что еще одной жизнью вокруг него стало меньше, что его собственные дни тоже, наверное, сочтены. Он так нуждался в женском внимании! Но Зюльма Карро – только друг, а госпожа Ганская – скорее миф, предмет мечтаний. Если бы эта полька согласилась оставить мужа и последовать за ним, не обращая внимания на пересуды! «Я постарел, – поделится он с ней, – понимаю, что нуждаюсь в спутнице, и каждый день сожалею об обожаемом создании, что спит на деревенском кладбище недалеко от Фонтенбло [госпожа де Берни]. Я не могу поехать к сестре, которая так меня любит, – страшная ревность ее мужа все портит. Мы с матерью не подходим друг другу. Остается искать поддержки в работе, тем более что у меня нет дружеской поддержки семьи, а это именно то, к чему я хотел бы прийти. Удачная, счастливая женитьба, увы! Я почти потерял на это надежду, хотя, кажется, лучше, чем кто-нибудь другой, скроен для жизни у домашнего очага… Жизнь моя будет прожита напрасно, я с горечью думаю об этом. Нет должной славы, и с этим приходится смириться… Природа создала меня исключительно для любви. Только она одна понятна мне. Я – неизвестный Дон Кихот».

И по привычке уже вновь яростно обрушивается на упреки, коими полны ее письма: «Cara, хотел бы, чтобы вы объяснили мне, чем я заслужил обращенную ко мне в вашем последнем письме такую характеристику: природное легкомыслие вашего характера? В чем это легкомыслие? В том, что двенадцать лет я без передышки работаю над огромным литературным творением? В том, что шесть лет знаю только одну привязанность? В том, что я двенадцать лет тружусь день и ночь, чтобы расплатиться с неимоверными долгами, коими я обязан своей матери – она навязала мне их своими неумеренными расчетами? Или в том, что, несмотря на нужду, я еще дышу, пишу, а не бросился в воду? В том, что беспрерывно работаю, безуспешно пытаясь тратить меньше времени на этот каторжный труд? Объясните! В том, что я бегу любого общества, любых торговых предприятий ради того, чтобы предаться моей страсти, моей работе, чтобы сладить с долгами? В том, что вместо десяти книг пишу двенадцать? Или в том, что они выходят нерегулярно? Или в том, что я пишу вам неизменно настойчиво, с невероятной легкостью добывая вам очередной автограф? Или в том, что я не остаюсь в Париже, а еду в деревню, чтобы у меня было больше времени на работу и я бы тратил меньше на жизнь?.. А может, в том, что, несмотря на несчастья, я сохранил веселость и совершаю вылазки в Китай и на Сардинию?.. Легкомыслие характера! Вы похожи на того буржуа, который, увидев, как Наполеон вертится туда-сюда, обозревая поле сражения, сказал: этот человек ни минуты не может оставаться на месте, он не знает, что ему делать… Сделайте одолжение, пойдите посмотрите на портрет бедного мужика, взгляните на широкие плечи, грудь, лоб и скажите: вот самый постоянный, самый надежный человек, в чьем характере нет никакого легкомыслия! Это будет вам наказание!»