Читаем Оня (СИ) полностью

Наташа как-то совершенно естественно, не ломая и не принуждая, заставила моих бесов сначала поутихнуть, а потом и вовсе уйти в подполье. Причем сделала она это не специально, а просто в процессе общения я почувствовал исходящую от нее какую-то светлость что ли и чистое спокойствие, которое через некоторое время передалось и мне. Нет, у Наташи тоже есть бесы, но они такие маленькие и неприкаянные, что редко могут что-то изобразить или на что-то повлиять. Есть, правда, один, отвечающий за гнев и раздражение, вот он совсем не маленький. Когда мы вечером садились в электричку, то нам уже никто не был нужен, мы разговаривали, что-то обсуждали, спорили, и наш мирок, замкнутый и самодостаточный, являлся простейшим атомом, в котором Наташа была ядром, а я электроном. Так сложилось, что я стал сателлитом, но сожалений по этому поводу не испытывал. Наоборот, мне нравилось, льстило, что такая красивая, умная, независимая девушка нуждается в моем общении не меньше, чем я в ней. Что еще нас сближало, так это увлечение одной и той же музыкой, фильмами, книгами. Нам до сих пор есть, о чем поговорить, кроме как о детях и о даче. Пожалуй, вы счастливый человек, если можете содержательно обсудить с женой политическую повестку дня. Хотя, каждому свое - кому-то главное: уходя на встречу с друзьями, небрежно сказать жене, чтобы она прибралась, сделала ужин и ждала домой не раньше полуночи. Совместные мозговые штурмы по вопросам, касающимся моей или ее работы, обычное для нашей семьи дело. Вот и сейчас мы продолжали уже давно начатый разговор. Когда только Андрей пришел к нам на работу и возникли первые осложнения с ним, Наташа мне сказала, что эта проблема сама собой не рассосется. Я подробно описывал его поведение, свои впечатления, и впечатления остальных наших о нем. Мы думали с ней и прикидывали сценарии развития событий и модели моего поведения, но, когда я приходил на работу, вся продуманная тактика летела к черту, поскольку я ничего не мог противопоставить истерическому напору Андрея. Работая несколько лет в тесно сплоченном коллективе, мы отвыкли от внутренних конфликтов и противостояния. Ни я, ни кто-то другой уже представить себе не мог, что надо через ругань, "ломание через колено", заставлять работать подчиненных или своих коллег-замов. Теперь же любое согласование договора превратилось в нервотрепку. Финансовый директор придирался к каждой запятой, подозревая "откатную" схему в каждом подрядчике. Поскольку какой-либо значимый опыт в финансах у него отсутствовал, то он метался из крайности в крайность при рассмотрении договоров. Меня это выматывало. Да, единственный человек, полностью переметнувшийся на его сторону, кадровичка открыто поддерживала его в противостоянии со всеми нами.

- Тебе легко сказать "выстраивай отношения", - опять завел я свою пластинку. - Не может быть там никаких отношений. За обедом он только и рассказывает о себе, какой он исключительный, дерзкий и смелый. У меня скоро язва откроется, - пробурчал я.

- Терпи, - отрезала жена. - Тебе все равно сейчас некуда идти. Денис твой прокатил с работой, Моисеич уйдет куда-нибудь, а тебя не позовет - кризис сейчас, работы на всех не хватает. Терпи, - еще раз отрезала Наташа.

- Блин..., - меня напрягала эта необходимость.

- Не "блинкай". Садись лучше есть. В конце концов, тебя там не пытают и не убивают. Привыкнешь.

Спустя две недели Моисеич устроил отвальную. Он нашел себе работу в Москве, и собрался переезжать всем семейством. Будучи человеком прагматичным, он не стал вмешиваться в отношения собственников и пытаться влиять на их решения, а просто предпочел использовать свои наработанные связи для переезда. Моисеич пригласил к себе на шашлык меня, главбухшу, финдира, юриста и главного инженера Анатолича. Мы с Андреем пришли с супругами. Вернее, я пришел без Наташи, которая немного припозднилась - задержали дела на работе. Вот на этой вечеринке я первый раз увидел жену нашего финдира. Невысокая, с алыми губами, ногтями, в красном вечернем платье, делавшем ее еще ниже, она производила впечатление простоватой студентки из общаги, первый раз приглашенной праздновать Новый год на квартиру к одному из сокурсников. Но первое впечатление оказалось ошибочным. Я считал, что не к случаю выбранное платье станет для нее источником неуверенности в себе, но, похоже, что она выбрала его совершенно осознанно. Все ее поведение говорило об особом положении их пары.

- Добрый вечер. Вы коммерческий директор?

Я кивнул.

- Андрей что-то рассказывал о вас, - пренебрежительно оценивающий взгляд скользнул по мне.

- А вас зовут...? - пропуская мимо ушей ее хамское обращение спросил я.

- Анастасия Павловна. - Она специально произнесла это официально, проведя таким образом между нами черту.

- Вам удобно в вечернем платье на шашлыках? - Меня так задела ее надменность, что захотелось непременно тут же ей ответить. Эта молодая стерва сильно задела мое самолюбие.

- За женой своей лучше следите, ладно? - Она опять произнесла это так, чтобы мне стало совсем понятно, кому и когда должно быть неудобно.