— Ой, да что мне-то! — кокетливо махнула рукой женщина, — Это вам, молодым еще жить интересно. А нам с Басей, только и осталось, что друг друга выгуливать.

Я пощекотала терьера за ушком.

— Ну а что же, ты замуж собираешься? Видела твоего кавалера! Хорооош! — изрекла она, с ехидным прищуром.

Я смущенно пожала плечами:

— Не знаю, пока еще встречаемся просто. Боюсь сглазить!

— Понимаю, понимаю, — кивнула женщина.

Мы еще немного поболтали о погоде, о ценах на выпечку в местном супермаркете, о детях, которые, вырастая, забывают звонить родителям. И тут я решилась поинтересоваться у нее новым жильцом.

— Марья Петровна, а вы не в курсе, что за парень поселился под нами?

Женщина на секунду нахмурилась, но тут же вспыхнула. В глазах ее зажегся огонек.

— Это ты Женьку имеешь ввиду? Манькиного сына что ли?

Я пожала плечами, мол, сама не знаю, давая ей возможность продолжить.

— Ой! — вздохнула соседка, выпуская из рук пса, — Там такая история печальная. Манька-то родила его в одиночку, батя его так и не признался. Его и след простыл! Знаешь, как оно бывает? А Машка девка видная была! А потом связалась с алкашом одним, так и спилась. Бабский алкоголизм — дело страшное! Мальчонкой Женьку сестра ее забрала, тетка, значит его. Вот и воспитала, считай, что она.

Собачонка резвилась на траве, то и дело, путаясь в своем поводке. Я, «переварив информацию», решилась уточнить:

— Ааа, что же он теперь тут делает?

— А! — женщина очнулась и вновь принялась рассказывать, — Так тетка, Лиля ее звали, забрала его к себе. Мужик ее замуж взял хороший. Повезло, значит! И растили они вместе Женьку-то…

— А нынче, — она вздохнула, — что сказать? Помирает Машка! Рак у нее, совсем плохая. Вот, позвала она сына, проститься перед смертью. А он и приехал. А чего ж не приехать? Все ж таки мать! Да к тому же на смертном одре.

— Хм, — задумалась я, — печально.

— Ну, Машке туда дорога, да простит меня Боже! — она взглянула на небо, — А парень он хороший вырос. Хорошо, что Лилька его к себе забрала. Иначе кто знает, что бы получилось! Вон, как бухала Манька. Бывало, идешь домой, лежит… А то и мужики у нее синюшные разные вечно околачивались. Пропила все — красоту свою, деньги. Благо, что хату не пропила.

Все, что нужно, я узнала, пришла пора закругляться. Йорк взвизгнул, отвлекая хозяйку и давая мне возможность сбежать.

— Ну, пойду я, пора, — я вежливо откланялась, пожелав здоровья разговорчивой женщине и ее веселой собаке.

«Значит, Женя», — думала я, осмысливая услышанное только что. Хотя мотивы его оставались непонятными. Быть может, наши встречи помогали отвести душу? Почему он не хотел взять больше? Почему не пытался заговорить, предпочитая язык тела? Так, или иначе, эта игра увлекла меня сильнее, чем я думала. И прерывать ее не было ни малейшего желания.

Глава 9

— Ну вот! Здесь поставим столик, тут будет зеркало, где ты будешь по утрам наводить красоту.

Ремонт подошел к концу, и Вадим привел меня в квартиру. Здесь все еще пахло штукатуркой и клеем. Новый дом, словно новый телефон: когда вынимаешь его из коробки, не спеша отклеивать защитную пленку, желая, чтобы тот подольше оставался новым. Чистые пока еще стены, нехоженый паркет и голые, без занавесок окна, так беззащитно смотрели пустыми глазницами.

Оставалось совсем немного — расставить мебель и перевезти свои вещи. Вадик обнял меня со спины и уткнулся носом в мою макушку.

— А тут, — он подвел меня к дверному проему, — тут у нас будет спальня. И большая кровать!

Я улыбнулась, представляя себе размеры этой кровати. Нет, Вадим не предлагал мне стать его женой, по крайней мере, в законном смысле этого слова. Он хотел провести «тест-драйв»! Так сказать, опробовать нашу пару в быту. А точнее, меня — в качестве будущей жены. Такой себе испытательный срок, за который ты должна проявить себя с лучшей стороны, продемонстрировать кулинарные и хозяйственные навыки.

— Детка, а я ведь еще никого не склонял к сожительству, — заговорщически прошептал он мне на ухо, — ты — первая!

— И последняя? — игриво уточнила я.

Он стащил через голову свитер и бросил на пол, как раз в том месте, где должна быть кровать.

— Мне кажется, стоит обновить нашу новую спальню?

Я залюбовалась им. Мощные плечи, крепкая грудь с темными волосками, подтянутый пресс. Только представляя, как эти сильные руки ласкают мое тело, как чувственный рот прикасается к моей коже, у меня кружилась голова.

Он, словно пушинку, подхватил меня на руки, закружил и, держа на весу, прижал к стене. Я сняла кофту, стянула с плеч бретели, оголяя грудь. И прильнула к нему, желая почувствовать, как жесткие волоски касаются сосков. Он впился в мою шею, с присущей ему страстью, принялся ощупывать груди, мять их сильными ладонями. Я закрыла глаза, отдаваясь ласке…

— А это что? — Вадим отстранился и склонил голову на бок.

— Что? — не поняла я, возвращаясь «на землю».

Он рукой отвел мои волосы, и внимательно изучил шею. «Что он там увидел», — судорожно размышляла я, внешне сохраняя непринужденное выражение.

— Да что там, милый? — спросила, притягивая его к себе.