Читаем Омега полностью

Давно Аргонец так не кричал, очень, очень давно. Я бы и сам крикнул, только не смог, свело горло. Колонна! Длинная, набитая, чем попало: грузовики, легковушки, непонятно что с зенитными пулеметами на крышах, бэтээры впереди. Вот и «вертушки» вынырнули из-за горы. Не иначе под Бахчисарай собрались? Молодец, Суббота!

– Кому кнопка? Товарищ майор…

– Лолита! По моей команде.

Подошла к пульту, наклонилась к Экселенцу, что-то спросила. Кивнула. Пальцы на клавиатуре… Я вдруг понял, что сейчас произойдет. Если рассчитано верно, если «Приблуда» сработает, эта худая девочка движением пальца убьет несколько десятков человек. Не одна она, многие постарались – но и она тоже.

Лолита еще не знала, даже Экселенц не знал, что «Приблуда» – не только три фугаса в опорах путепровода. Тот же сигнал подорвет заряд в железнодорожном туннеле, последнем перед Севастополем, и еще один – на серпантине ближе к Верхнесадовому. Что там сейчас, кому сегодня не повезет, я решил не выяснять. Узнаю!

Эффективно лишь сплошное минирование – один из заветов Ильи Григорьевича Старинова. Нам легче, чем легендарному полковнику. После взрыва в Харькове пришлось ждать два года, чтобы узнать результат. В 1941 году спутники еще не летали.

Колонна-змея растянулась по бетонке, передовые уже на противоположном конце, задние только втягиваются. Еще бы секунд десять… Нет, пора!

– Кнопка!

– Есть!..

В голосе Лолиты – азарт, и только азарт. Для нее пока это всего лишь компьютерная игрушка. Ничего, поймет! Или… Может, лучше не понимать?

– Арлекин! Я нажала, а она… Оно…

Напомнить про законы физики и про скорость распространения сигнала я не успел. Змея, протянувшаяся через весь экран, дрогнула, серый бетон выгнулся, начал беззвучно оседать.

Я отвернулся. Дальше можно не смотреть.

* * *

– …Арлекин, ты… Что с тобой?

– У Субботы большие потери. Очень большие, Лолита! Знал бы с самого начала…

– Это война, ты сам говорил! Мы же в Инкермане, кучу гадов поубивали!..

– Прекрати! Кучу гадов… Где-то я прочитал, что война – не просто достижение цели насильственными средствами. Война – жертвоприношение, Зверь из Бездны. И кончается она не раньше, чем все жертвы принесены, воля людей уже ничего не значит.

– Ты еще скажи, что непедагогично было разрешать мне жать на кнопку. Тоже мне, Франциск Ассизский! А почему ты сам стал убивать? Читал бы лекции – или на митингах выступал.

– Именно поэтому. Когда в 1993-м начиналась резня, я ощутил бессилие. Свое, всех нас, всей страны. Все что мы могли – протестовать, жаловаться, просить о помощи. От бессилия до желания убивать – один шаг.

– А те, кто пошел на войну в 1941-м, тоже так рассуждали? Есть враг, есть мы – о чем еще думать?

– Наверно, ты права. На войне лучше ни о чем не думать – только о войне… Между прочим, тебе за колонну орден полагается. Министра мы не… грохнули, так, кажется? Но кое-кого еще… Жаль, у меня нет в запасе орденов!

– А ты меня поцелуй, Арлекин.

* * *

– Ну что, товарищи офицеры… Прежде чем поздравлять с успехом, разрешите напомнить очевидную истину. Нам честно предлагали выйти из игры – и враги, и друзья. Мы отказались. После сегодняшнего дня правила изменились. Раньше с нами воевали. Теперь станут убивать…

ФАЙЛЫ ИЗ НОУТБУКА

58.

Радиомину сделали неизвлекаемой. После этого тщательно замаскировали место ее установки и уничтожили следы работы. Оставалось «успокоить» противника, подкинуть ему «грозную советскую мину»: мы прекрасно понимали, что, не обнаружив в таком прекрасном особняке никакой мины, враг насторожится и, скорее всего, не станет заселять дом. Мы установили в котельной «мину-блесну». В углу, под кучей угля, пожертвовав драгоценной взрывчаткой, смонтировали сложную мину замедленного действия, снабдив ее различными дополнительными устройствами для взрывания. На самом деле все эти устройства, вполне исправные, хитроумные и на вид крайне опасные, полностью исключали возможность взрыва «блесны» из-за того, что сухие батареи были уже негодными. Покончив с этим делом, минеры привели в первоначальное состояние пол котельной, а потолок подолбили, помазали свежим цементом и побелили.

59.

Борьба против противника в прифронтовом тылу ведется еще недостаточно серьезно. Вероломных и жестоких партизан и дегенеративных женщин все еще продолжают брать в плен. С фанатиками и бродягами, одетыми в полувоенную форму или полностью в гражданском платье, возятся, как с порядочными солдатами. Если в тылу армии будут обнаружены партизаны, взявшиеся за оружие, против них будут применены жестокие меры. Они будут применяться также по отношению к той части мужского населения, которая могла бы предотвратить предполагавшиеся налеты или вовремя сообщить о них.

60.

Автомат Никонова – АН-94 «Абакан». Принят на вооружение в 1995-м году после длительных испытаний и доработок взамен автомата АК-74. Вскоре был забракован частями спецназа России и снят с вооружения. Снова принят на вооружение Российской армии в 2000 году.

Основные недостатки:

– высокая сложность механизма;

– малая надежность;

– применение старых магазинов от АК.