Читаем Олег Блохин полностью

Двенадцать команд, вышедших в четвертьфинальный этап, были разделены на четыре группы по три команды в каждой. При этом выяснилось, что такая формула турнира изначально ставит четвертьфиналистов в неравные условия. «Режим наибольшего благоприятствования» получили сборные Польши, Англии, Италии и Франции, которые имели перерыв между матчами во 2-м групповом турнире. Неудивительно, что три из четырех этих команд и попали в полуфинал. Второй острый момент возник вокруг места проведения четвертьфинальных матчей. Так уж получилось, что «кассовые» команды Аргентины, Бразилии и Италии, составившие группу «С», должны были играть на небольшом барселонском стадионе «Саррия», в то время как малоинтересным массовому болельщику сборным СССР, Польши и Бельгии достался знаменитый «Камп Ноу». Однако ФИФА отказалась менять место проведения поединков.

В группе «В» поляки благодаря хет-трику Збигнева Боняка разгромили сборную Бельгии, ослабленную отсутствием трех ведущих футболистов, покинувших команду из-за конфликта с тренером, а вот сборная СССР сыграла с бельгийцами вничью 1:1. В последнем матче советской сборной нужно было с любым счетом обыгрывать поляков, однако изначально оборонительный вариант, избранный тренерами нашей сборной, мало способствовал достижению нужного результата. В итоге за 90 минут игры советская сборная создала лишь один голевой момент у ворот польского голкипера Млынарчика (выше ворот с близкого расстояния пробил Тенгиз Сулаквелидзе), после чего, раздираемая противоречиями между киевским, тбилисским и спартаковским лагерем, покинула чемпионат. Кстати, этот результат остается последним наиболее значимым достижением сборной СССР на мировых первенствах.

Что же касается дел внутрисоюзных, то в 1982 году киевлянам не хватило самой малости, чтобы выиграть чемпионат, но зато покорился Кубок СССР. А вот следующие два сезона превратились в сущий кошмар. Годичное отсутствие Лобановского привело к моральному кризису в отношениях нового тренера с игроками. В 1983 году при Юрии Морозове нарушения режима со стороны футболистов чуть ли не вошли в привычку. Сезон «Динамо» завершило отвратительно.

Ни для кого не было секретом, что у Блохина непростой характер, как почти у каждого талантливого человека. Он все переживал гораздо острее и эмоциональнее, чем кто-либо из партнеров. И за это ему не раз попадало от «благодарной общественности». Давным-давно журналист Лев Филатов дал блестящую характеристику футболисту Блохину: «Лицо – простое, аскетичное, с напряженными желваками. Я рискнул бы выделить в его выражении заносчивость, нервность и вспыльчивость. Мы частенько видели лицо Блохина в пылу борьбы, лицо человека, которому не до хорошей жизни, если игра плоха, да еще не ведающего, в какое мгновение его решит выделить и показать телережиссер».

Действительно, Блохина часто корили его за вызывающую жестикуляцию, за нападки на партнеров, за разговоры с судьями, видя в этом проявления неуравновешенности характера. Не замечая, что Олег не давал спуску прежде всего себе. И это было не нытье, а требование, встряска. Злость выплескивалась прежде всего на самого себя, когда не удалось что-то задуманное, а уж затем гнев на партнеров, не давших, по его мнению, точную передачу в нужный момент или не забивших из выгодного положения, возможно, обида на тренеров, сказавших что-то несправедливое перед выходом на поле, реакция на раздражающий свист и выкрики с трибун…

Другое дело – поведение Блохина в период подготовки к важному матчу. В первый день любого сбора, будь то клуб или сборная, Олег был недоволен всем и вся. На тренировочной базе сразу после приезда он спешил к врачам – приходил первым, уходил последним. Там всегда знали, что последуют его жалобы на колено, сустав, голеностоп, радикулит, он еще и аллергией на тополиный пух страдал. Всякий раз Олега внимательно выслушивали, осматривали, а затем говорили примерно так: «Ты же боец! Ведь все равно выйдешь на поле и сыграешь. Болит – не болит, ты должен играть». Это напоминало нехитрую детскую игру с давно известными правилами…

* * *

Наступило время, когда Блохин остался последним из тех, с которыми «Динамо» в 1974 году начинало свой путь к международному признанию. В сезоне 1985 года Лобановскому удалось сформировать великолепный коллектив. В россыпи талантов не затерялся и Блохин. Не все, конечно, было гладко в отношениях футболист – тренер. Были споры, иногда на высоких тонах, были ссоры. Конечно, Лобановскому было с ним непросто. Но уважение друг к другу оставалось всегда.