Жрец сразу же занялся восстановлением бреши в рядах его подручных, по которым, не переставая, колотили два щупальца, в то время как другая пара сотканных из мрака жгутов обвила лапы оборотней и, вздернув их к потолку, швырнула тварей в сторону служителя культа. Обратившись размытой тенью, Алан, проскользив между замедлившимися вдруг оборотнями, в мгновение ока оказался рядом с замешкавшимся жрецом. Фигура в широком балахоне отшатнулась, но Рэвендел, повинуясь незнакомому ранее порыву, рывком вогнал свою руку прямо под глубокий капюшон, с удивлением заметив, что его кожа вдруг стала абсолютно черной, словно обратилась в уголь. Почувствовав, как его пальцы смыкаются на чем-то отвратительно податливом и влажном, Алан резко потянул и практически без усилий извлек из-под капюшона голову жреца, которую держал за грубо оборванную шею. Застывшие, полупрозрачные глаза служителя культа казались стеклянными и, не мигая, с ужасом взирали на Алана. Лишенный губ рот открылся в немом крике, а из ввалившегося носа стекала тонкая струйка бурой вязкой жидкости. Запах почти разложившейся головы и ее отвратительный вид заставили Алана брезгливо отбросить ее как можно дальше. Зашарив левой рукой по карманам, он поспешно достал чистый платок, собираясь вытереть пальцы правой, и вдруг замер, уставившись на свою ладонь. Правая рука Рэвендела, начиная с плеча, превратилась в огромную когтистую лапу, чернеющую через лохмотья, оставшиеся от рукава. Тугие жгуты мышц проступали сквозь угольную кожу, которую обвивали мягко пульсирующие фиолетовые линии, сплетенные в причудливые узоры, а длинные пальцы, заканчивались острыми ониксовыми когтями.

– Великолепно, просто великолепно! – голос Винсента раздался одновременно с его же аплодисментами. Дворецкий шел к Алану, аккуратно переступая через лужи крови и вновь рухнувшие на пол трупы заблудших.

– Знал, что ты оценишь, – Алан поднял изменившуюся руку к лицу, несколько раз сжав и разжав пальцы. – Где ты был?

– Следил за заблудшими и нашей Джессикой, они прошли далеко вперед, но остановились и ждут вас. Когда я уходил, этот Скар как раз собирался идти за вами.

– Понятно, – грустно улыбнулся Рэвендел. – Послушай, Винсент, – он взглянул на дворецкого. – Мне ведь уже не стать прежним?

– Не думал, что вас это волнует, мой господин, но… кто знает.

– Кто знает… – повторил Рэвендел, вздохнув. Он повернулся, почувствовав чье-то приближение, и спустя несколько мгновений узнал Джессику. Девушка еще не появилась, а он уже ощутил запах цветов, которыми так приятно пахли ее волосы.

Глава 11

Другой Нэрфис

Скар уверенно шел впереди, показывая дорогу, его массивная фигура раскачивалась из стороны в сторону, в такт неровной ходьбе. Вышагивающий рядом с оборотнем Винсент с любопытством поглядывал на вожака стаи, старательно делая вид, что вовсе не прислушивается к разговору Джессики и Алана.

– С вами все в порядке? – осторожно спросила девушка.

– Можно сказать и так, – Алан продемонстрировал спутнице изменившуюся руку. – Вполне предполагаемый исход. Я ожидал чего-то подобного, правда, рассчитывал на чуть большее количество времени.

– Вам больно? – Этот вопрос Джессика задавала Алану уже третий раз. Она старалась не смотреть на его руку, но ее взгляд все равно вновь и вновь возвращался к ней.

– Нет, – отрицательно покачал головой Алан, – а как ты?

– Нормально, – девушка виновато потупилась. – Потеряла голову, сама не знаю, как это произошло, я ощутила… словно чей-то приказ, чью-то волю, принуждавшую меня к убийствам, и я не смогла сдержаться, простите.

– Это уже не имеет значения, – поморщился Алан, слегка пошевелив когтистыми пальцами и отметив, как тьма угольной змейкой заскользила между его длинными, изогнутыми когтями. – Нам нужно спешить, и времени оглядываться назад – уже нет.

– Может быть, вам нужна помощь?

– И к кому мне обратиться? – горько усмехнулся Рэвендел. – Возможно, к жрецам? Они с радостью излечат меня где-нибудь в залах Безысходности, особенно после того как я отправил двух их братьев на встречу с Близнецами.

– Но этого же никто не видел…

– Глупая девка! – зло бросил Скар, даже не обернувшись. – Проклятые жрецы общаются друг с другом без слов и на расстоянии. Я уверен, что Рэвенделу наверху обрадуются так же, как нам. Он теперь такой же изгой, враг жителей Нэрфиса, ха!

– К твоему сведению, – Джессика замолчала, заметив, что от темных стен отделяются заблудшие из стаи Скара, ожидавшие возвращения своего вожака.

– Мне плевать на твои слова, самка, – оскалился Скар, и с его белых клыков скатилась слюна. – Ты и понятия не имеешь о том, что здесь происходит!

– В таком случае самое время объяснить, – ровно произнес Алан, положив человеческую руку на плечо затрясшейся от гнева Джессики.

– Война, Рэвендел! Мы или умрем, или… – Скар вдруг замолчал.

– Дай догадаюсь, Осьминог обещал вам свободу, если вы поддержите восстание? – голос Алана прозвучал крайне ядовито, и заблудшие, окружавшие его, зарычали.