Читаем Око ужаса полностью

— Твой кинжал не помог бы тебе. Возьми это.

Магрон принял клинок. Он был волнистым, с жуткими оттенками, бегущими по его извилистой длине. На обеих сторонах были выгравированы незнакомые руны. Рукоять была отлита в виде змеи, из-за чего ему не хотелось хвататься за нее. Тем не менее он положил его в ножны.

Потом он осмотрел собравшуюся на площади толпу. Были рыцари, воины, солдаты, во всех типах доспехов или совсем без них. Магрон отметил, что многие в чем-то ненормальны. Очевидно, город поражен болезнью, вызвавшей врожденные уродства, в старом Империуме его бы очистили. Однако здесь было много и казавшихся нормальными безоружных людей. И сейчас они в ужасе бежали, пока спускались корабли, пытаясь спрятаться в величественных зданиях, выстроившихся вдоль площади.

Рыцарь в блестящих, как жук, доспехах окликнул Абаддаса.

— ВЫ СЛЕДУЕТЕ ТЗИНЧУ — ИЛИ КХОРНУ?

— Я сражаюсь за Тзинча! — проревел в ответ Абаддас.

Теперь было ясно, что флот вторжения наносит удары на обширной территории. Зенитные орудия метали ввысь голубые лазерные лучи и бурлящие плазменные шары, пытаясь уничтожить спускавшихся захватчиков, прежде чем они приземлились. К площади прорвался только один корабль в форме огромного летающего здания, увенчанного башнями. Он действительно напоминал собор, казалось, построенный из сверкающего белого камня. Когда здание-корабль осело, изнутри послышалось гудение. Огромные бронзовые двери распахнулись. Собравшиеся внутри молились — и теперь оно выходили.

Сначала это выглядело как театрализованное представление знамён, поскольку каждый выходивший воин в доспехах нёс за головой знамя, поддерживаемое шестом, прикрепленным к задней пластине доспехов, по традиции Адептус Астартес. У Магрона не было времени рассматривать эти знамёна, он только подметил, что изображения были мрачными и чуждыми. Выходящие выглядели ужасно, все разные, некоторые на столь же чудовищных верховых животных.

Клац, клац, клац. Марширующие захватчики в доспехах были дисциплинированным отрядом. Шокированный Магрон увидел, что их броня похожа на доспехи космодесантников, но гротескно изменена, даже в большей степени, чем броня капитана Абаддаса, будто создана каким-то сумасшедшим оружейником.

— Ты всё ещё ненавидишь предателей, брат-сержант Магрон? — крикнул Абаддас. — Тогда отомсти им, потому что вот они — Альфа-Легион — они одни из первых, кто присягнули магистру войны Гору, когда он взбунтовался!

Магрон присмотрелся. Теперь он узнал цвета Альфа-Легиона. Он также увидел на некоторых знаменах ту же Х-образную эмблему с тремя горизонтальными полосами, которую он видел во время битвы с Пожирателями Миров. Ярость наполнила сердце Магрона. Грохотали болтеры, устраивая бойню среди рыцарей и воинов, которые бросились вперёд в отважной, но тщетной попытке отогнать захватчиков.

Он крикнул: — ЗА ИМПЕРАТОРА!

Снова бок о бок с капитаном Абаддасом! Хотя его крик остался незамеченным в нарастающей суматохе, Магрон двинулся вперёд. Теперь загрохотал уже его болтер. Первый снаряд рикошетом отскочила от причудливой брони врага, нанеся небольшой урон. Ему нужно подойти ближе.

Он выпустил короткую очередь. Он слышал взрывы, но ничего не видел. Снаряды растворились во внезапной тьме. Он переключил авточувства своего доспеха в другие режимы, но снова ничего не увидел.

Тьма продолжалась несколько мгновений, и шум битвы в ней стих. Затем зрение вернулось, но ясного розового света уже не было. Сцена казалась застывшей, воины в доспехах словно застряли в янтаре, освещенные единственным источником света: тусклым мутно-коричневым светом. Сержант Магрон поднял глаза. Солнце все еще было вверху, но оно изменилось. Оно больше не было светящемся розовым чудом, потемнев до выжженного коричневого цвета. Его мясистые лепестки сморщивались и сжимались сами по себе, становясь почти черными, светя всё тусклее и тусклее. Это должно было раскрыть Кластер Роз во всем великолепии, но этого не произошло. Остался видимым только фон звезд за пределами скопления. Самого скопления звёзд Кластера Роз видно не было.

На площади снова потемнело. Сержант Магрон почувствовал, как брусчатка под его ботинками задрожала и рассыпалась. Издалека он услышал титанический грохот. Оглянувшись, он смутно увидел, как лепестки планет, собравшиеся вокруг великолепного города, рушатся и превращаются в пепел.

— Капитан, что происходит? — спросил он по коммандной связи.

— Приближается Великая Ночь, — кисло ответил Абаддас.

Часть четырнадцатая

ЭССЕНЦИЯ ЖИЗНИ

Слишком поздно Пелор Каллиден понял, что забыл провести ритуал запечатывания при закрытии панели управления. Он забыл положить свою правую ладонь на руну запечатывания и произнести формулу защиты. Если бы он сделал это, любой, кто пытался управлять кораблем без его ведома, нашел бы его непослушным и трудноуправляемым. Как бы то ни было, Квайлер пилотировал с исключительной лёгкостью.