Читаем Око разума полностью

Все шторы в комнате уже были задернуты, но едва боевик договорил последние слова, как внешнюю стену бунгало прошила пуля, пройдя от него менее чем в футе. Он перекатился мимо ощетинившейся щепками двери в стоячее положение позади нее, выхватывая второй пистолет и готовясь открыть огонь по тому, кто попытается войти.

И тут Меган встрепенулась, приходя в себя. Она-то чем занята? Таращится, будто зрительница на спектакле… Сейчас у нее есть шанс.

Держась у самого пола, она по-пластунски проползла почти десять футов, открыла дверь в тесный патио апартаментов и бросилась наружу. Поднявшись на четвереньки, поспешно огляделась. Хотя пешеходные дорожки между апартаментами относительно хорошо освещены, ночь стоит пасмурная и безлунная, и бо́льшая часть обширного комплекса погружена в такую тьму, что не разберешь, не лежит ли в засаде другой снайпер.

Неважно. Выбора все равно нет. Прижавшись корпусом к плоской верхней перекладине невысокой декоративной ограды из кованого железа, окружающей патио, Меган перебросила ноги на ту сторону.

Едва встав, она услышала грохот из номера, когда один из ее защитников – должно быть, одн из телохранителей, которых Эд Коуэн разместил по соседству – вышиб дверь. Ее и без того учащенный пульс понесся бешеным галопом, когда Меган метнулась поперек освещенной дорожки во тьму стремительно и бесшумно, как кошка.

В номере же человек, напавший на Меган, находился на идеальной позиции за дверью и убрал первого из двоих людей Коуэна, ворвавшихся в дверь, выстрелом в торс. Второй из телохранителей врезал кулаком по окровавленной руке нападавшего, выбив пистолет. Но раненый боевик, не обращая внимания на жестокую боль, сравнял счет серией молниеносных ударов открытой ладонью по пистолету телохранителя, заставив его выронить оружие и, приняв боевую стойку, перейти в рукопашную.

Человек Коуэна был хорош, но чужак – лучше. Несмотря на рану, он ухитрялся блокировать удар за ударом шквалом тщательно отточенных приемов из арсенала боевых искусств.

Вот тут-то защитник Меган и совершил фатальную ошибку. Выхватив из кармана смертоносный выкидной нож, он ринулся на противника. Тот перехватил руку с ножом, чтобы, воспользовавшись инерцией движения нападавшего, сломать ему запястье и вогнать нож в грудь владельца. Это было проделано столь искусно, что движение руки телохранителя было плавным и непрерывным от начала его выпада до момента, когда его легкие заполнились кровью и он рухнул на ковер.

Стояла поздняя воскресная ночь, и лишь считаные соседи, еще остающиеся на ногах, не поленились выглянуть в окна, чтобы определить причину громкого треска, раздавшегося, когда выбивали дверь. Но поскольку эта дверь находилась вне прямой видимости из любого другого блока, они просто пожали плечами и вернулись к своим делам.

А в тридцати ярдах оттуда Меган Эмерсон затаилась во тьме в полной уверенности, что буханье ее сердца слышно в другом городе и что оно выдаст ее, как в том жутком рассказе Эдгара Аллана По[27].

Женщина не сводила глаз с вестибюля, стоящего на подступах и служащего единственным входом на территорию большой общины для временных жителей, не требующим перелезать через ограды или стены. Сквозь двери вестибюля промчались двое субъектов, источавших несомненную ауру вышколенных убийц. Они из кожи вон лезли, стараясь напустить на себя беззаботный вид, но их потуги выглядели крайне убого.

Меган распласталась на темной земле. Когда те двое миновали ее, спеша к своему товарищу, она поднялась на четвереньки и бросилась к дверям вестибюля. Но когда уже собиралась протиснуться в них, заметила в дальнем конце вестибюля еще двоих, небрежно трепавшихся у выхода на улицу. Пребывая в состоянии повышенной бдительности и усиленной паранойи, Меган ни на миг не усомнилась, что эти двое – тоже члены штурмовой группы, пытающейся убить ее.

Сколько ж их там?

Отступив обратно во тьму, она позвонила Нику Холлу, стараясь заслонить свет телефона телом и руками.

Он только что прошел сканирование на ЯМР-томографе и уже направлялся в прокатной машине в отель.

– Ник, – торопливо прошептала Меган, едва он ответил, – тут прямо все черти с цепи посрывались. Люди Деламатера тут так и кишат.

Ему потребовалось всего пару секунд, чтобы уяснить внезапную новость, но Меган эти секунды показались целой вечностью.

– Ты не ранена? – встревожился он и тут же добавил: – А как же люди Коуэна по соседству?

– Я в порядке, – шепнула она. – Наши соседи пытались их остановить, но не сумели. Я прячусь на территории.

– Ладно, – его голос осип от едва сдерживаемых эмоций. – Постарайся укрыться, как можешь. Если схватят, тяни время. Минут через пять я буду в радиусе и смогу прочесть, что да как, и помочь тебе. Удачи, Меган.

Интонации его голоса сказали куда больше, чем простое пожелание удачи, и женщина поняла, что ему до смерти хочется сказать ей, что она для него значит, но он хотел, чтобы ее внимание было сфокусировано не на телефоне, а на выживании.