Читаем Око Озириса полностью

— Ну, конечно, — добавил он, — копия сделана Годфри Беллингемом, сличена с оригиналом и засвидетельствована. В таком случае, Джервис, я попрошу вас немедленно прочесть ее нам, а я наскоро буду делать заметки для справок. Сядем поудобнее и закурим трубки, а потом приступим к чтению.

Он взял бювар, и, когда мы расположились в креслах и зажгли трубки, Джервис развернул завещание и, предварительно откашлявшись, приступил к чтению этого, в общих чертах уже известного читателям, документа.

Завещание состояло из трех пунктов. В первом — поверенному завещателя, м-ру Джеллико, отказывались коллекция печатей и скарабеев и сумма в 2000 ф. стерлингов, Джорджу Хёрсту — сумма в 5000 фунтов, а Годфри Беллингэму все остальное движимое и недвижимое состояние. Пункт второй ставил условием получения Годфри Беллингэмом наследства — погребение на одном из нескольких поименованных здесь кладбищ. И, наконец, пункт третий в случае невыполнения этого условия передавал долю, предназначавшуюся Годфри, Хёрсту.

— Ну, вот, — сказал Джервис, окончив чтение. — Мне приходилось видеть много идиотских завещаний, но это перещеголяло их все. Я не представляю себе, как можно будет привести его в исполнение? Один из двух душеприказчиков является чистой абстракцией, чем-то вроде алгебраической задачи, не имеющей решения.

— Думаю, что эту трудность можно будет преодолеть, — сказал Торндайк.

— Не вижу, каким образом, — возразил Джервис — Если тело будет похоронено в определенном месте, то некто А становится душеприказчиком, если же в другом месте, — то таковым станет некто В. Но тело не может быть найдено, никто не имеет ни малейшего представления, где оно находится, следовательно, невозможно доказать, находится ли оно или не находится в определенном месте.

— Вы преувеличиваете, Джервис, — сказал Торндайк — Тело, конечно, может находиться в любом месте земного шара, но место, в котором оно находится, может быть или в пределах или вне пределов данных двух приходов. Если оно было погребено в пределах этих двух приходов, то факт этот можно установить, просмотрев отметки о похоронах с того дня, когда в последний раз видели живым пропавшего, и справившись с регистрами указанных мест погребения. Если не будет найдено никаких показаний, что погребение имело место в одном из этих двух приходов, суд примет этот факт как доказательство, что погребения там не было совершено и что тело находится в каком-нибудь другом месте. В результате Джордж Хёрст станет вторым душеприказчиком и наследником всего имущества.

— Нечего сказать, утешительная перспектива для ваших друзей, Барклей! — заметил Джервис — Мы ведь наверняка можем сказать, что тело не было погребено ни в одном из вышеупомянутых мест.

— Да! — угрюмо согласился я. — Боюсь, что в этом нет почти никакого сомнения. Но какая бессмыслица! Пусть уж этому человеку так хотелось, чтобы его похоронили в каком-нибудь из облюбованных им мест, все равно он не должен был делать таких нелепых распоряжений.

— В этом я вполне с вами согласен, — заметил Торндайк. — Нелепый текст завещания не только создает массу осложнений, но и делает этот документ весьма знаменательным, если принять во внимание загадочное исчезновение завещателя.

— В каком отношении он делает его знаменательным? — живо спросил Джервис.

— Рассмотрим последовательно все пункты завещания, — сказал Торндайк, — и прежде всего обратим внимание на тот факт, что завещатель имел под рукой очень сведущего адвоката.

— Но м-р Джеллико не одобрял завещания, — сказал я. — Он даже энергично возражал против его текста.

— Мы это тоже будем иметь в виду, — ответил Торндайк. — Теперь обратимся к этим условным пунктам. Первое, что бросается в глаза, это — чудовищная несправедливость. Все наследство Годфри условно и зависит от того, где будет погребено тело завещателя. А между тем удовлетворение этого требования зависит не исключительно от Годфри. Завещатель мог, например, утонуть в море, погибнуть во время какого-нибудь пожара или взрыва или, наконец, мог умереть за границей и быть похороненным в таком месте, где нельзя было бы отыскать его могилу. Таких возможностей бесконечно много, не говоря уже о том маловероятном казусе, который произошел в действительности. Но даже если бы тело и было найдено, есть еще одно затруднение. Кладбища вышеупомянутых приходов уже закрыты в течение многих лет. Без особого разрешения едва ли можно будет похоронить там тело, и я сомневаюсь, можно ли добиться разрешения, даже если подвергнуть тело кремации. Во всяком случае, не от Годфри Беллингэма все это будет зависеть. А между тем, если там нельзя будет совершить погребения, он лишается наследства.

— Это — чудовищная и нелепая несправедливость! — воскликнул я.