Читаем Око Каина полностью

— Мне эта игра очень нравилась, — продолжал Томас. Он наугад разбросал по клетчатому листку множество точек и пояснил: — При каждом ходе ты имеешь право присоединить только одну точку. Задача в том, чтобы соединить ее с четырьмя другими горизонтальной, вертикальной или диагональной чертой. (Он провел ломаную линию, соединяя пять точек.) Вот так. — И протянул Питеру карандаш. — Цель игры — провести максимальное количество линий. Если хватит сообразительности, ты сможешь заполнить ими всю страницу. Но будь внимателен: это сложнее, чем кажется на первый взгляд, и на это может уйти несколько часов. Нужно проявить максимум сообразительности.

Питер пристально смотрел на него, не говоря ни слова.

— Мой рекорд был — сто девяносто семь, — сказал Томас. — Как ты думаешь — сможешь его побить?

Ребенок кивнул.

— Отлично. Тогда давай приступай. Если проголодаешься — просто возьми со стойки все, что захочешь.

— Ты уходишь? — прошептал мальчик.

Томас на мгновение положил руки ему на плечи и слегка сжал их.

— Ненадолго, — вполголоса ответил он. — Ты же знаешь, мне придется отлучиться этой ночью. А ты пока побудь с остальными, но не рассказывай им ничего о… о том типе, который передал тебе пакеты. Хорошо?

Питер уже углубился в изучение листка бумаги.

— Угу, — ответил он, не поднимая головы.

Томас смотрел на цепочку холмов, освещенных закатным солнцем. К этому времени жара уже полностью спала.

Выйдя из бара, он дошел до въезда в поселок и остановился перед деревянным строением с выломанной дверью и без стекол в окнах — раньше, очевидно, это было что-то вроде административного здания. Пол был усыпан осколками стекла, дощатые стены поскрипывали под порывами ветра.

Томас присел на корточки, подобрал плоский камушек и покрутил его в пальцах. Он надеялся, что Питер будет на него не в обиде за свое одиночество. Правда, лист бумаги в клеточку с несколькими точками и карандаш — это все, что он смог предложить мальчишке в качестве развлечения… Но Томас чувствовал, что ему нужно побыть одному, вдали от остальных, чтобы прийти в себя после всех сегодняшних событий. Хотя это было непросто — мысль о том, что Питеру угрожает опасность, не оставляла его.

Итак, в самом деле похищение. Я был прав.

Он бросил камушек, и тот два-три раза подскочил на ровной сухой земле.

Итак, сначала тот психопат усыпил их с помощью снотворного. Потом привез их сюда, перед этим, возможно, убив шофера автобуса на бензозаправке. Но их он не собирался убивать — всего лишь оставить здесь в изоляции и не позволить выбраться. Нападение на Камерона служило тому доказательством. Психопат (Томас уже думал раньше на эту тему и пришел к выводу, что термин правильный) специально выбрал заброшенное место — буровую шахту, очевидно, где-то в стороне от шоссе номер 115, таким образом предоставив поисковым службам действовать на территории в несколько сотен тысяч квадратных километров, простирающейся от Долины Смерти до пустыни Мохаве. Хорошо. Но зачем? На этот счет у Томаса не было ни одной идеи.

Разве что по обрывкам разговора из видеозаписи, подслушанной в кабинете Хейзел Кейн, а также по слухам, переданным Каминским, можно было предположить, что над «Оком Каина» с самого начала висела какая-то угроза. Томас снова вспомнил многочисленные жалобы религиозных организаций — в СМИ об этом неоднократно сообщалось. Имеют ли они дело с фанатиком? В мире, где самолеты пикируют на небоскребы, все возможно… Но могли быть и другие объяснения. Например, похищение с целью выкупа. Если уж всем участникам реалити-шоу заплатили по двадцать тысяч долларов еще до его начала, сколько же мог заплатить телеканал за то, чтобы вновь увидеть их живыми и здоровыми?

Томас с досадой встряхнул головой, издав глухое ворчание. У него были отдельные кусочки пазла, но он не мог увидеть всю картину целиком. Единственное, в чем он сейчас был уверен, — что их похитителю нравится играть в кошки-мышки. Кошка готова была показаться сегодня ночью… при условии, что ее загадку разгадают.

«Там, где они видят без глаз…»

Томас бросил еще один камешек. На сей раз он отскочил от земли пять раз.

— Играете в рикошет?

Элизабет стояла спиной к свету. Томас поднес ладонь козырьком к глазам.

— Я думала, такое получается только на воде.

— Если камушек и земля плоские, можно и на земле. Хотите попробовать?

— Нет, спасибо.

Элизабет попыталась отряхнуть свой костюм от пыли, но вскоре отказалась от своего намерения как безнадежного.

— Этот костюм с самого начала мне не очень шел. А сейчас я вообще ни на что не похожа…

Она села на ступеньки, сняла заколку с волос и встряхнула головой. Волосы рассыпались в лучах закатного солнца.

Томас краем глаза наблюдал за ней.

— Что? — спросила она.

— Ничего.

— У меня паук на голове?

— Нет. Распущенные волосы вам больше идут. С такой прической вы очень хорошенькая.

Она отвернулась и уставилась на мыски своих туфель.

— Если честно, — сказала она, — я предпочла бы, чтобы вы не говорили со мной так.

— Как?