Читаем Око Каина полностью

Прежние обитатели, судя по всему, оставили это место не так уж давно. На доказательства этого взгляд натыкался здесь и там: календарь нынешнего года, висевший на роге пластиковой бычьей головы (кич — это искусство, не знающее границ), бутылка «Короны» с остатками мочеподобной жидкости (а может, и мочи), и груда немытых, заросших плесенью тарелок в раковине.

Позади барной стойки на стене висела мишень для дартс с изображением Саддама Хусейна. Судя по большим круглым отверстиям, в Саддама не только кидали дротики, но и расстреливали чуть ли не в упор из огнестрельного оружия. На полу валялось множество номеров «Хастлер мэгэзин». Тот, что был ближе всего к ногам Томаса, вышел в прошлом месяце. На стойке бара стояла коробка из-под конфет, набитая разноцветными презервативами.

При виде всего этого ему хотелось плакать и смеяться одновременно.

Заведение стояло прямо напротив церкви. Благочестие, противостоящее греху. Молитва против роскоши. Добро против Зла, отделенное от него всего лишь узкой улицей. Ничего удивительного, что в церкви не оказалось никакой религиозной символики… Бог, должно быть, чувствовал себя оскорбленным. Ибо заведение «У Пинка», с его спальнями наверху, откуда-то взявшееся в этой жалкой дыре, было конечно же не чем иным, как борделем.

Пока остальные занимались уборкой и заносили в комнаты вещи, Томас поднял жалюзи на одном окне и отодрал кусок фанеры от другого, впуская свежий воздух. Потом убрал подальше груду порножурналов, чтобы Питер на них случайно не наткнулся.

Не то чтобы он питал особые иллюзии по поводу неосведомленности подростка в сексуальной области — с появлением Интернета только слепой ни разу не увидел бы порноснимков, — но мальчишке и без того в последнее время хватало потрясений.

Элизабет прошла за стойку и покрутила кран, тронутый ржавчиной. Раздалось громкое утробное урчание, отчего все вздрогнули.

— Посмотрите, — воскликнула она, — нам повезло, тут еще есть немного…

Из крана потекла струйка жидкости пурпурного цвета. Элизабет, в ужасе глядя на нее, автоматически договорила:

— …воды.

Сесил тоже подошел к раковине.

— Ч-черт, да это п-похоже на к-кровь!

— Скорее уж это краска, — возразил Томас. — Или вода просто слишком загрязнена промышленными отходами… Обычное загрязнение. Такое здесь повсюду, можете мне поверить…

Он говорил правду. Перед тем как выбрать именно это здание, он обошел все соседние дома и везде застал одну и ту же картину: ни одной живой души, вся мебель на своих местах, личных вещей нет или очень мало, и одна и та же чертовщина с водопроводом.

Может быть, именно из-за этого прежние жители уехали? Из-за проблем с питьевой водой? Он положил этот вопрос в тот же долгий ящик, где лежали и остальные загадки, требующие разрешения. В данный момент от них требовалось привести это место в божеский вид, обжить его. Томас не так долго жил в Африке, но одну вещь усвоил навсегда: в кризисных ситуациях очень важную роль имеет опора под ногами.

Он вынул из кармана пачку табака и скрутил сигарету.

Насколько он мог судить, поселок был построен в виде буквы Y и располагался в узкой низине. Бордель «У Пинка» и церковь располагались на противоположных сторонах главной улицы — «ножки» буквы Y. Вдоль нее тянулись еще два ряда облупленных зданий — около двух десятков. Потом дорога поднималась в гору и петляла между многочисленных домов-трейлеров, вплоть до развилки. Дальше обе части верхней развилки Y скрывались из глаз, уходя в каньон.

Он провел языком по краям папиросной бумаги и склеил их. Коул и Карен отправились исследовать остальную часть поселка. Может быть, они вернутся с хорошими новостями? Он спросил себя, сколько людей здесь жили и как давно ушли. Судя по всему, вряд ли в поселке насчитывалось больше сотни жителей. И оставили они его явно не вчера…

Он снова вспомнил о въезде в поселок и об окружающей пустынной равнине. Он обошел ее в поисках электрического столба, жилья, каких-либо следов человеческого присутствия. Но единственная дорога была узкой вытоптанной тропинкой, которая тянулась к горизонту насколько хватало глаз, кое-где окаймленная чахлыми кустарниками и зарослями юкки вместо автостопщиков.

Километров десять до ближайшего жилья — это в лучшем случае. А может, этого поселка вообще нет на картах?

Томас рассеянно пощелкал зажигалкой.

Единственной вещью, привлекшей его внимание, был огромный рекламный щит, из тех, что обычно стоят на обочинах шоссе. Однако этот располагался на въезде в поселок. Он был укреплен на крыше большого и приземистого белого здания, похожего на бункер и обращенного на улицу глухой стеной.

На щите была изображена огромная бородавчатая жаба с короной на голове. Она глумливо ухмылялась. На ее бледно-зеленом брюхе виднелись гигантские буквы — ВМС.

Томас слегка постучал кончиком сигареты по стойке бара. Остальные таскали вещи, не обращая на него внимания.