Читаем Охотница полностью

Рядом с Великаном сидел совершенно противоположный ему Хиляк. Он довольно улыбался и осматривал потолок казарм. Его голубые маленькие глазки так и бегали из стороны в сторону. Хиляк был почти вдвое меньше своего задумчивого друга и также раза в два худее. Нос с горбинкой и немного кривые губы также не украшали его лица. Кудрявые короткие волосы копной лежали у него на голове. По характеру этот человек был немного странноватым. Его сослуживцы знали о нём одновременно и всё и ничего. Хиляк всегда рассказывал очень много различных небылиц про себя, довольно часто противоречащих даже друг другу. Некоторые из этих рассказов могли оказаться вполне правдивыми, но все уже так привыкли к выдумкам Хиляка, что даже и не воспринимали ни одну его историю всерьез. Но это ничуть не расстраивало веселого парнишу, он всё продолжал и продолжал без устали травить свои байки, не обращая ни на кого внимания.

Рядом с койкой стоял в полный рост коротко стриженный, с ровным носом, прямыми губами и серыми глазами еще один паренек по кличке Болт. Он был очень метким стрелком и отлично стрелял из арбалета, отчего и получил такое прозвище. Его отец был охотником, но, к сожалению, погиб на охоте, растерзанный медведем. Тогда Югрену — настоящее имя Болта — было всего четырнадцать, а так как кроме отца родных у него не было, он сразу пошел в армию, где очень пригодились его ловкость и меткость. О себе он слишком не распространялся, да и вообще был не особо разговорчив. Но его и не расспрашивали ни о чем, так как не хотели получить ненароком болтом в глаз.

С другой стороны кровати, оперевшись на неё и крутя в руках короткую веревку, стоял Узел. У него была довольно приятная внешность — короткие и прямые черные волосы, небольшой нос, правильные губы и морского цвета глаза. Свое детство он провел на кораблях в качестве юнги, где ему приходилось всё время лишь чистить, мыть, убирать, стирать и прочее-прочее в том же духе. В общем, детство у него было то еще. Но именно плавая на кораблях, Узел научился многим полезным вещам, в том числе и приобрел очень нужный навык владения мечом. Да и кстати, здесь же он и научился вязать большое множество самых разнообразных морских узлов.

Напротив этой койки стояла другая такая же, на которой сидели Илил и маленький, как Хиляк, но почти такой же широкоплечий, как Великан, мужичок по кличке Медведь. Морда у него была реально страшная — весь обросший щетиной, грязные каштановые волосы до плеч, маленькие яростные глаза, сломанный в нескольких местах нос, на правой щеке виднелись крестом два шрама. Однако Медведем его прозвали скорее не за внешность, а за неимоверную силу и стойкость. Он был очень жилистый, считай, как гном, и порой даже впятером его было довольно сложно уложить на лопатки — так твердо он стоял на своих «лапах». Также Медведь был заядлым любителем всего спиртного, поэтому осушал всё, что попадалось ему глаза. И причем, к всеобщему удивлению, почему-то никогда не пьянел. Но также это было и к всеобщей радости, так как кто знает, что может натворить этот зверь, если напьётся…

— Так значит, ты хочешь сказать, что нас всё это время дурачили насчет эльфов? — произнес Великан и взглянул на Илила.

Тот качнул головой в знак согласия. У Илила, кстати, тоже было своё прозвище. Как-то раз, когда они с отрядом патрулировали в округе местность, на них из кустов выскочила огромная кошка, похожая на черную пантеру, и со всего размаху влепила Илилу лапой в бок. Хоть доспехи и спасли его частично, но он всё равно кубарем улетел в кусты. Когти пантеры пробили защитный панцирь и возились между рёбер. Пантеру тогда всё же удалось спугнуть, и больше никто из отряда не пострадал. Рёбра у Илила вскоре срослись обратно, однако четыре точки-шрама от когтей так и остались до сих пор. От этого его и прозвали Метка или Меченный.

— Ага, Метка прав, — закивал Хиляк. — Я сам слышал через окошко, как эльфка ему это рассказывала. Вы только подумайте, ей больше двухсот лет! А какая сохранилась-то, мм…

— Но-но, ты слюни-то тут не пускай, — усмехнулся Узел. — Она в тебя стрелу вонзит быстрее, чем ты вздрогнешь.

— Ой, да ну тебя, — отмахнулся Хиляк.

— Так и что? — прорычал Медведь. — И какая теперь разница, врали нам или нет? Они перебили почти всех наших. Завтра прибудет этот Палач и эльфов не станет.

— Но мы можем спасти их, — взглянул на него Илил.

— Метка, ты им побег что ли устроить решил? — удивился Узел.

— И я поддерживаю, — радостно сообщил Хиляк.

— Да, решил, — серьезно ответил Илил. — Эльфийка права, это их земля. А сами они никогда не нападали на нас, если мы не забредали в их владения.

— Ну, хотя да, ты прав, — заговорил Болт. — Я несколько раз натыкался на эльфов, но они никогда не убивали сразу же. Всегда сначала предупредительный выстрел. А если в этом случае развернуться и уйти прочь, то можно быть точно уверенным, что в спину тебе не воткнется стрела. Такое благородство — редкость среди людей. Так что я, в принципе, тоже за то, чтобы освободить их.