Читаем Охотник (ЛП) полностью

  Чемберс и Фергюсон кивали, но Проктер заметил, что Сайкс не выглядел таким расслабленным. Проктер понял почему. Парень был не в курсе, ему нечего было сказать, нечего предложить, и ему это не нравилось. Он был еще сравнительно молод, и Фергюсон, очевидно, высоко ценил его, так что его не должно волновать отсутствие его вклада. Не было смысла говорить просто так. По крайней мере, Фергюсон должен был научить своего ученика этому. Если бы Сайкс был действительно умен, то на данном этапе своей карьеры он должен был бы довольствоваться тем, что просто смотрел и учился у плеймейкеров.

  «Последнее и, возможно, самое важное, что я выяснил, — объявил Альварес, — это то, что убийца не покинул Париж сразу после нападения. Кажется, он околачивался, чтобы выяснить, кто из парней пытался его избить.

  Фергюсон говорил. 'Откуда ты это знаешь?'

  'Потому что один из боевиков, найденный изрешеченным. Пули 45-го калибра в здании напротив отеля убийцы, выписавшегося из его собственного отеля примерно через час после того, как он был убит».

  В комнате на мгновение воцарилась тишина. Проктер услышал скрип кожи.

  — Умный трюк для мертвеца, — сказал Сайкс с ухмылкой, обнажающей блестящие зубы. Все проигнорировали его, и Проктер незаметно покачал головой.

  «Клерк в отеле описал мужчину как довольно высокого, худощавого, с темными волосами, в очках и с бородой», — объяснил Альварес. «Настоящий мужчина, Святослав, не подходит под это описание. Он ниже ростом, коренастее. Нам повезло с распознаванием лиц, и мы опознали его по камерам видеонаблюдения в аэропорту.

  Проктер наклонился вперед. — Дай угадаю, убийца забрал вещи Святослава?

  — Да, — согласился Альварес. «Он выдал себя за него и вышел. Служащий передал ему паспорт Святослава, билеты на самолет и так далее, которые хранились в сейфе отеля. Они не появились в сети, значит, он не воспользовался паспортом, чтобы покинуть страну».

  Чемберс спросил: — Как вы думаете, что убийце понадобилось от вещей Святослава?

  «Я думаю, что он, должно быть, пытается что-то узнать о нем, — сказал Альварес. — Вот почему он пошел в отель. Он не бежал из страны; он отправился туда, где остановился один из тех, кто пытался его убить».

  — А если он пытается установить личность нападавших и на кого они работали, каков его следующий логический шаг? — спросил Проктер.

  — Проверить адрес Святослава, — ответил Альварес.

  — Пожалуйста, скажите мне, что мы знаем, где это, — сказал Чемберс.

  'Мюнхен.'

  Чемберс положил обе руки на стол. 'Хорошо, это то, что мы собираемся сделать. Мы немедленно свяжемся с немецкой разведкой и попросим их поставить этот адрес под наблюдение. Сообщите им, с каким человеком они имеют дело. Я не хочу, чтобы его пытались задержать, просто держи его в поле зрения. Я не допущу, чтобы из-за этого кого-то еще убили. Альварес, как только вы закончите инструктаж, я хочу, чтобы вы прилетели следующим рейсом в Германию, чтобы посмотреть, что вы можете узнать. Позвони мне из Мюнхена. Если он все еще там, у вас будет столько поддержки, сколько вам нужно.

  Когда Альварес не говорил по телефону, говорил Фергюсон. Его густые серебристые волосы, обычно аккуратно зачесанные назад, сегодня выглядели немного непослушными. — Шансы на то, что этот убийца все еще владеет информацией, в лучшем случае невелики. Если его работа заключалась в том, чтобы перехватить Озола и забрать двигатель, то он будет доставлять его своему работодателю — он не будет гоняться за зацепками в Германии. В этом нет никакого смысла.

  Чемберс вздохнул. — Может быть, это его работодатель пытался его убить. Экономит, платя ему. Или, может быть, он уже сделал это. Но пока у нас нет больше сведений о том, кто его послал, это наш лучший подход. Мы здесь на время; как только эта информация будет доставлена, эти ракеты исчезнут в течение нескольких дней, и в следующий раз мы услышим о них, когда кто-то применит технологию против нас. Если есть небольшой шанс, что человек, убивший Озолса, мог уехать в Германию, то и мы тоже должны. Фергюсон не выглядел убежденным. — Если у вас нет других идей, которыми вы хотели бы поделиться с нами. Вызов в ее голосе был очевиден.

  Выражение лица Фергюсона выражало тихое презрение. Он пожал узкими плечами. Проктер посмотрел на Чемберса. Очевидно, она не беспокоилась о том, чтобы поддержать старика, какой бы ни была его история.

  Может быть, между ее ног все-таки болталась пара.

  ГЛАВА 16

  Женева, Швейцария

  вторник

  18:32 по центральноевропейскому времени

  Виктор прошел через Невскую площадь и прошел мимо Большого театра. Город был полон людьми, туристами, которые развлекались, и местными жителями, довольными окончанием рабочего дня. Виктор бросил мимолетный взгляд на Большой театр, жалея, что у него не было возможности посмотреть спектакль, возможно, Пуччини или Моцарта. Вместо этого он ходил взад и вперед среди толпы, чтобы отбросить любые тени.