Читаем Охотник (ЛП) полностью

  Потребовалось всего несколько секунд, чтобы добраться до двери, но прежде чем он успел сделать движение, дальше по коридору открылась еще одна дверь. Виктор продолжал идти, пока один из двух больших парней не вышел из его комнаты. Он был немного ниже Виктора, со светлыми волосами и взлохмаченной бородой. Он был одет в длинные шорты и свободную футболку. Его сила была очевидна. Взгляд мужчины остановился на Викторе, когда они прошли мимо друг друга.

  Виктор сохранил темп и свернул за угол в конце коридора, сопротивляясь естественному желанию оглянуться. Мужчина будет наблюдать за ним, пока не покинет свое видение. Виктор остановился, когда тот скрылся из виду, и прислушался. Он услышал стук, а через несколько секунд дверь открылась. Приглушенные голоса, прежде чем дверь снова закрылась.

  Двое в одной комнате все усложняли, но, по крайней мере, это означало, что каждый будет отвлекать другого. Это дало бы ему больше шансов получить элемент неожиданности. Виктор пошел дальше по коридору, вместо того чтобы свернуть назад. Он не хотел, чтобы камера сделала снимок его лица, плохого качества или нет.

  Он шел так быстро, как только мог, не торопясь. Отель казался относительно пустым. Он и не предполагал, что даже в лучшие времена это имело большой успех. Его пульс был медленным и ровным.

  Виктор подошел к повороту, где находился лифт. Он услышал звон, когда тот достиг пола. Это было все, что ему было нужно, еще один гость или сотрудник отеля поблизости, чтобы доставить ему еще больше проблем. Он замедлил шаг, желая, чтобы человек вышел из лифта перед ним, а не позади. Он услышал, как открылись двери.

  Вышел мужчина лет сорока с небольшим, высокий, светлокожий, со славянскими чертами лица, с чемоданом в руках. Его можно было бы считать красивым, если бы не недавняя рана, зашитая на правой стороне лица.

  Это лицо Виктор видел неделю назад в Санкт-Петербурге в прицел снайперской винтовки.

  Виктор не замедлил шага и никак не отреагировал. Он надеялся, что ошибся, хотя и знал, что это не так. СВР были здесь. Первой мыслью, которая пришла ему в голову, было то, что они выследили его, но это не имело смысла. Организация располагала частью ресурсов и технологий ЦРУ, и ее влияние за пределами старого советского блока было ограниченным. Если только они не следили за ним со времен России, это было выше их возможностей. И если бы они последовали за ним сюда, он бы не встретил одного из них случайно.

  Русский повернул голову и посмотрел в сторону Виктора. Всего лишь случайный взгляд, и на несколько секунд ему показалось, что он не узнал его. Он отвернулся и сделал еще один шаг от лифта. Затем его голова невольно откинулась назад, чтобы посмотреть в сторону Виктора, все тело напряглось, выражение лица изменилось, когда он узнал человека, идущего к нему.

  Между ними было не более трех ярдов, когда полковник Геннадий Анисковач сунул руку под куртку. Виктор бросился вперед, быстро сокращая дистанцию. Анисковач выхватил пистолет, но Виктор оказался в пределах досягаемости, прежде чем он успел полностью вытянуть руку.

  Виктор схватил запястье русского и резко повернул. В то же время он ударил свободным кулаком в лицо Анисковача. Удар попал в нос, мгновенно сломав его и выпустив брызги крови из ноздрей. Анисковач застонал от боли, и пистолет выпал из его руки. Его глаза наполнились водой. Виктор пнул пистолет в лифт и швырнул туда же ошеломленного русского.

  Внутри Виктор схватил Анисковача за рубашку и швырнул его в зеркальную стену. Кровь текла из его носа, быстро капала с подбородка. Вода полилась из его глаз. Виктор обыскал его, нашел запасной магазин и сунул в карман.

  'Как вы меня нашли?' — спросил он по-русски.

  Анисковачу потребовалась секунда, чтобы заговорить. — Я… не делал.

  Виктор убрал руку с одежды русского и схватил его за горло, пальцы Виктора с одной стороны пищевода, большой палец с другой. Он начал сильно сжимать, перекрывая поступление воздуха. Анисковач задохнулся.

  Виктор дал ему десять секунд без кислорода, прежде чем ослабить давление, достаточное для того, чтобы он заговорил. Он закашлялся. — Я только что пришел…

  Он снова начал кашлять. Виктор понял — они здесь не для него. Флешка. СВР узнал, что в нем было, и пришел забрать все, что было на затонувшем корабле. Значит, взяли у Норимова. Двери лифта закрылись, и он начал подниматься.

  Виктор крепче сжал шею Анисковача. — Ты убил его?

  Русский выглядел растерянным. 'ВОЗ?'

  Свободной рукой Виктор вдавил пальцы в израненную щеку Анисковача. Он закричал, и Виктор сильнее сжал его горло. Русский задыхался и отплевывался, его лицо покраснело, пока Виктор не ослабил хватку настолько, чтобы он мог говорить.

  'Вы знаете, кто.'

  Анисковач сплюнул изо рта мокроту и кровь. — Норимов?

  'Да.'

  — Мы его не убивали. Русский сделал серию глубоких вдохов и поднял голову. — Он работал на нас.

  'Что вы сказали?'