Читаем Охотник (ЛП) полностью

  Он пробирался сквозь потрясенную толпу возле отеля, медленно идя, наслаждаясь теплым ночным воздухом очаровательного города, не подозревая, что он был не единственным человеком на улице, которого не затронул взрыв.

  ГЛАВА 66

  Арлингтон, Вирджиния, США

  Пятница

  12:30 по восточному поясному времени

  Фергюсон сидел, тихо пережевывая, за угловым столиком в холле своего джентльменского клуба. Он наслаждался своей любимой едой, тартаром из бифштекса и большим бокалом бургундского. Его телефон был переведен в беззвучный режим, чтобы он мог есть без перерыва. Становясь старше, Фергюсон обнаружил, что предпочитает делать все больше и больше вещей в одиночку. Слишком большую часть своей жизни он провел в компании идиотов, чтобы тратить оставшиеся годы впустую. Он особенно любил есть в одиночестве, не болтая о делах или банальностях между глотками.

  Его телефон замигал, но Фергюсон проигнорировал его. Клуб был в основном пуст, лишь горстка мужчин пенсионного возраста, вроде него, рассредоточилась по огромному залу с панелями из красного дерева. В мраморном камине, встроенном в стену, бушевал огромный настоящий огонь. Клуб был его личным убежищем, и он посещал его почти два десятилетия, наблюдая, как другие лица стареют, талии становятся шире, а разговоры тише.

  Фергюсон чувствовал усталость. Он не так хорошо спал. Он сохранял вид абсолютного спокойствия, и в подавляющем большинстве случаев это спокойствие было искренним, но были случаи, когда его внутреннее состояние было не таким устойчивым, как его внешний вид заставил людей поверить. Учитывая, что на карту поставлено так много и игра ведется так близко к линии, это неудивительно.

  Это почти бросало вызов вере в то, что Тессеракту удавалось оставаться в живых так долго. Но, рассудил Фергюсон, в прошлом он получил изрядную долю удачи в операциях, поэтому он полагал, что такая неудача с этой операцией вполне естественна.

  Фергюсон положил в рот еще один кусок сырого мяса и прожевал. Он надеялся, что смерть Тессеракта и Самнера была лишь вопросом времени, и, как только ему больше не придется беспокоиться о каком-то убийце, отказывающемся умирать, он сможет рассчитывать на очень радужную пенсию. Только до тех пор, пока он не заполучил эту флешку.

  На дне морского дна находились технологии стоимостью не менее ста миллионов долларов. Фергюсон был так близок к тому, чтобы разбогатеть сверх своих самых смелых мечтаний, что почувствовал это на вкус. До сих пор ему просто не везло, вот и все. Фергюсон был в этом уверен. Стейк тартар было трудно проглотить.

  Его телефон снова замигал, и Фергюсон увидел на экране имя Сайкса. Безвольный дурак все утро пытался дозвониться до него. Очевидно, это было что-то важное, или, по мнению Сайкса, важное, но Фергюсон пока не был в настроении слушать об очередной лаже.

  Если что-то еще пойдет не так, Фергюсону предстоит еще несколько трудных ночей. Если бы все было аккуратно завернуто, все, что было до этого, все равно пришлось бы убирать. Даже если Альварес ни к чему не приведет, Чемберс и Проктер не оставят все в покое. Как бы сильно Фергюсон не любил их, особенно Проктера, он с болью осознавал, что толстый ублюдок и страдающая анорексией сука были проницательными и решительными людьми.

  Фергюсон знал, что огромный нос Проктера все обнюхивает, и ему придется довести дело до решения без каких-либо недочетов. В противном случае Проктер будет продолжать тянуть, пока все не развалится. Единственный способ решить проблему — это если кто-то возьмет на себя ответственность за найм Тессеракта. Должен быть плохой парень.

  Разговор в несколько децибелов не по правилам вежливости прервал его мысли. Он поднял голову и увидел, что Сайкс спорит с метрдотелем. Фергюсон вздохнул и жестом пригласил Сайкса пройти.

  Фергюсон взял за правило есть и не смотреть на него, пока Сайкс сел напротив. Файл упал на стол.

  «Счастливого гребаного Рождества».

  'Извините.'

  Фергюсон взглянул вверх и увидел улыбающееся лицо Сайкса. Его лицо выглядело так, как будто оно было в рекламе ряда средств по уходу за мужчинами для не очень молодых и не очень привлекательных.

  «Рождество наступило рано, — объявил он. 'Это конец.'

  'Что?'

  'Это конец.' Сайкс снова объявил

  Шестидесятисемилетнее сердце в груди Фергюсона начало биться быстрее. 'Он умер?'

  Лицо Сайкса вытянулось еще больше. «Разлетелся вдребезги».

  — Самнер?

  — Тоже мертв. Рид получил их обоих. Недостаточно осталось ни того, ни другого, чтобы идентифицировать. Ничто не вернется к нам. Всегда.'

  По спине Фергюсона побежали мурашки. — Слава Богу, — сказал он, присоединяясь к Сайксу с собственной улыбкой. «Этот мальчик стоит каждой копейки. Я очень надеюсь, что британцы оценят его навыки». Он сделал паузу на мгновение, чтобы насладиться сладким вкусом победы. «Я был почти обеспокоен там на мгновение».

  Сайкс рассмеялся. 'Ты говоришь мне. Мое сердце было у меня во рту уже больше недели».

  — Приятно чувствовать облегчение, не так ли, мистер Сайкс?

  — Бля, да. Но становится лучше.

  — У него есть двигатель? — с волнением в голосе спросил Фергюсон.

  Сайкс кивнул. Он указал на файл.