Читаем Огонек во мраке полностью

Бурундук обернулся ко мне и, как мне показалось, обиженно посмотрел. Потом развернулся и сбежал в кусты. Я уж думал всё, конец, больше не увижу. Но минут через пять он вернулся, таща в лапках здоровенную, больше него размером, морковку. Донёс её до меня, оставил у ног.

— Хм, это типа плата за мясо? — я с сомнением посмотрел на овощ. Взял его, понюхал, волной воды очистил от налипшей земли. Откусал. — А что, не плохо. Так и быть, дам тебе немного.

Бурундук забегал, нарезая петли вокруг меня, будто поняв мои слова. Хотя, может, и правда поняв. Может, это магический зверёк, который понимает человеческую речь. Не зря же он морковку притащил.

Вскоре мясо было готово. Не всё сразу, конечно, а верхний его слой. Я стал срезать готовые кусочки, перчить их, солить и есть. Несколько дал бурундуку, тот, обнюхав, проглотил их без остатка и уставился на меня, мол, дай ещё.

— Никогда не думал, что бурундуки едят мясо! Ещё и в таком количестве! Ты же уже съел больше, чем сам весишь! — глаза зверька влажно блеснули. — Ну ладно, ладно, я с тобой ещё поделюсь.

Так мы и сидели часа полтора, ужиная обезьятиной. Бурундук, сволота, съел не меньше моего! Куда в него только влезает⁈

Насытившись, залез в палатку, расстелил спальник и стал устраиваться поспать. После всего меня поразил упадок сил, так что я готов был проспать не меньше недели!

— А ты куда лезешь⁈ — бурундук заскочил за мной в палатку, принюхался, а потом нырнул вслед за мной в спальник. — Нет уж, малыш, я с мужиками не сплю, особенно с такими волосатыми!

Схватив зверька за хвост, переложил его на спальник сверху. Пусть тут спит, если хочет.

Положив голову на подушку, я буквально провалился в сон.

Вырвал меня в реальность жуткий рык, раздавшийся откуда-то снаружи. Осторожно выглянул из палатки — сквозь дверной проём виднелся гигантский, метра три в холке, тигр, нюхающий остывшие угли костра. Вот блин! Привлёк всё же внимание!

В спальнике что-то зашевелилось, я вскрикнул от неожиданности, зажав себе рот. Засунул руку — и вытащил бурундука, который, гад, всё же пробрался внутрь! Вот падла!

— Тише ты! А то вон тот красавец нас съест! — я зашипел на ухо бурундука, показывая ему пальцем на тигра.

Бурундук, увидев тигра, что-то возмущённо запищал, потом выскочил из моих рук — я и поймать его не успел! — и помчался к большой кошке. Тигр заметил выскочившего кроху, зарычал, обнажая полуметровые клыки. А бурундук мгновенно добрался до противника, подскочил — и голова тигра покатилась по земле, мгновенно отрезанная от тела!

— Ну нихрена себе! — я сглотнул ставшую вязкой слюну.

Может, совсем не тигр был местным альфой? Но я же ничего не чувствую от бурундука! Ни тени магической ауры! Что за чёрт⁈

Тем временем полосатый зверёк стал громко пищать, бегать ко мне, к тигру, к остаткам костра, ко мне, к тигру.

— Хм, ты хочешь, чтоб я его приготовил? — предположил я.

— Скри-скриии! — ещё быстрее забегал бурундук.

— Ладно. — кивнул, выбрался из спальника. Но вдруг в голову пришла мысль. — Но сначала… Можешь мне показать аномалию времени?

— Скри? — бурундук непонимающе уставился на меня, склонив голову.

— Ну, время. Понимаешь? Туда-сюда, ходишь, а потом возвращаешься. — я сделал пару шагов вперёд, потом пару назад, снова вперёд.

Бурундук задумчиво пошевелил ушами, почесал бок лапками. Потом подпрыгнул и помчался куда-то, громко скрежеща.

— Серьёзно? — удивился я.

Но медлить не стал, выскочил из спальника и побежал за мелким. Пробежав несколько кварталов, бурундук остановился у одиноко растущего дерева, похожего на кипарис, метра три в высоту, не больше. Среди его зелени виднелись плоды — то ли орехи, то ли каштаны. А вокруг дерева, на некотором расстоянии, лежали костяки разных тварей. Некоторые свежие, другие жутко старые, разваливающиеся в пыль от одного прикосновения.

— Хм. Ты уверен, что это нужное место? А не какое-то ядовитое дерево? — я с сомнением глянул на проводника.

— Скри-скри! — забегал по кругу тот.

— Ладно. — я не ринулся сразу же к дереву, к таким аномалиям надо подходить аккуратно, с расстановкой. — Пошли тогда есть.

Я перенёс свои вещи к кипарису, тут же развёл костёр и стал жарить на вертеле мясо тигра, скармливая его бурундуку. Тот был довольный, как слон, хотя и бурундук! И сумел сожрать половину тигра, пока не вырубился буквально тут же.

А я, перекусив, направился к дереву.

Как и от бурундука, я не чувствовал от него никакой магии. Если это Аномалия, то такого ранга, что мне недоступно. Даже страшно становится от осознания этого! А уж костяки животных… Почему они тут? Как они оказались очищенными от плоти, но при этом не видно ни следа от поедания кем-то? Я убедился в этом, наскоро обследовав кости.

— Ладно, деревце, проверим, что ты такое.