Читаем Огонь на солнце полностью

— У меня свои причины, — сказал он. и улыбнулся, словно скрывал чудесную тайну.

— Какие причины? — потребовал Абу Адиль. — Наверно, у тебя спеклись мозги на солнышке?

Одран встал и потянулся.

— Думаю, мне нужно вам рассказать, — с легкомысленным видом произнес он. — Ведь именно вам я обязан своей удачей.

— Удачей? — подозрительно переспросил Хайяр.

— Вот, — указал Одран, — смотрите. — И подвел четверых мерзавцев к открытому капоту автомобиля.

— Писайте туда! — велел он.

— Нет, ты точно спятил, — сказал Яварски.

— Тогда я сделаю это сам, — сказал Одран и подкрепил свои слова делом. — Момент!.. Вот! Слышите?

— Ничего не слышу! — ответил Хасан.

— Слушайте! — приказал Одран.

Из-под машины послышался нежный звон: «дзинь!», «дзинь!».

— Взгляните!

Реда Абу Адиль опустился на четвереньки и, несмотря на пыль и унизительную позу, заглянул под автомобиль.

— Будь я проклят! — закричал он. — Золото! — Он распластался на земле и протянул руку. Когда он выпрямился, в руке его были золотые монеты. Он показал их изумленным дружкам.

— Слушайте, — вновь призвал Одран.

И все снова услышали («дзинь!», «дзинь!») звон падающих золотых монет.

— Он мочится в автомобиль, — пробормотал Хасан, — а из автомобиля падает золото.

— Пусть Аллах дарует тебе процветание, если ты отдашь мне обратно мою машину! — закричал лейтенант Хайяр.

— Нет, я не могу этого сделать, — ответил Одран.

— Забирай свой кремовый вестфальский седан, и по рукам, — предложил Яварски.

— Нет, — повторил Одран.

— Каждый из нас даст тебе в придачу по сотне киамов, — г сказал Абу Адиль.

— Нет, — сказал Одран.

Они все просили и просили без устали, а Одран отказывался и отказывался. В итоге они предложили возвращение седана и по пятьсот киамов с носа. Только тогда он согласился.

— Приходите через час, — сказал Одран. — Ведь я владелец имущества, оставшегося в машине.

Когда они ушли, Одрам, и Саид разделили между собой полученные деньги.

Я зевнул и отключил Мудрого Советника. Мне пришлось по душе увиденное, за исключением шиита Хасана, давно умершего, который при всем своем желании никак не мог ездить на автомобиле. Я прикинул, что могла бы для меня значить эта забавная история. И понял, что подсознание мое все это время работало над задачей, поставленной передо мной врагами. Догадка меня порадовала. Я уже понял, что силой ничего не добьешься. Тем более у меня ее и не было.

И тут я почувствовал себя несколько иным человеком: более решительным, что ли. Я был свободен, голова моя была ясной. Свирепо стиснув челюсти, я ощутил, что никто никогда больше не сможет мной командовать. Смерть Шакнахая сде-

лала меня другим, вдохнула в меня новые силы. Я словно находился в беспримесном кислороде: светлом, чистом и взрывоопасном.

— Яа Сиди, — тихо сказал Кмузу. — Что такое?

— Хозяин дома сегодня болен и просит вас заменить его в одном небольшом деле.

Я снова зевнул: — А-а, хорошо. В каком же?

— Я не знаю.