Читаем Огни Небес полностью

— Началось все часа три назад, у реки, — вставил Том, со вздохом уступив Илэйн, которая принялась вытирать ему лицо влажной тряпицей. Он будто не замечал ворчания девушки, что, должно быть, не составляло для него труда. Однако вскоре Найнив явственно расслышала среди прочего «старый дурень» и «нужно же кому-то о тебе позаботиться, пока ты себя не угробил». Тон замечаний был нежно-заботливым и в то же время недовольно-сердитым. — Как все началось, я не знаю. Слышал, винили Айз Седай, Белоплащников, троллоков. В общем, всех, кроме Шончан. Да и то лишь потому, что названия такого не знают, а то и их бы приплели. — Он поморщился под нажимом пальцев Илэйн. — Последний час мы и сами были немножко заняты — старались разобраться лично и разузнать побольше.

— Там пожары, — промолвила Бергитте. Петра с женой заметили, куда она указывает, и встали, тревожно всматриваясь вдаль. Над парусиновой стеной виднелись поднимающиеся в стороне городка темные столбы дыма.

Джуилин встал и твердо посмотрел в глаза Найнив:

— Пора уходить. Может, мы и будем выделяться и Могидин нас обнаружит, но я в этом сомневаюсь: народ уже разбегается куда глаза глядят. Пройдет часа два, и пожаров будет не два, а пятьдесят. И какой толк спасаться от Могидин, если обезумевшая толпа нас в клочья разорвет. Когда в городе разнесут все, что можно, толпа хлынет сюда, к балаганам.

— Не произноси этого имени, — резко заметила Найнив, хмуро покосившись на Илэйн, чего та не заметила. Всегда ошибочно позволить мужчинам узнать слишком много. Да, ловец воров прав, подобная опасность существует, но будет не меньшей ошибкой слишком быстро с ним согласиться. — Я обдумаю твое предложение, Джуилин. Мне невыносима мысль, что мы бросимся в бега без всякой причины, а потом узнаем, что едва ушли, как приплыло судно. — Тот воззрился на нее, как на сумасшедшую, а Том сокрушенно покачал головой, несмотря на то, что Илэйн придерживала ее, смывая кровь и грязь с лица менестреля, однако появившаяся среди фургонов фигура обрадовала Найнив. — Вероятно, оно уже тут.

Разрисованная повязка Уно, его лицо со шрамом, хохолок на макушке и меч за спиной вызвали небрежные кивки Петры и нескольких Шавана, а Муелин заметно вздрогнула. Уно появлялся здесь самолично каждый вечер, хотя сообщить ему было нечего. Его появление днем наверняка означало нечто иное.

Как обычно, завидев Бергитте, Уно ухмыльнулся и нарочито выпучился своим единственным глазом на ее открытую грудь. Как обычно, она заулыбалась ему в ответ и лениво смерила шайнарца от макушки до пят оценивающим взглядом. Впрочем, сейчас Найнив впервые ничуть не трогало, сколь предосудительно та себя ведет; и она тут же спросила:

— Есть корабль?

Ухмылка Уно растаяла.

— Есть растрек… э-э… корабль, — угрюмо отозвался он, — если у меня получится вас целыми и невредимыми до него довести.

— О беспорядках нам уже известно. Наверняка с пятнадцатью шайнарцами нам ничего не грозит.

— О беспорядках вам известно, — пробормотал Уно, оглядывая Тома и Джуилина. — А вы знаете, что прок… что люди Масимы сражаются на улицах с Белоплащниками? Вам известно, что он, чтоб его пере… что он приказал своим людям предать Амадицию огню и мечу? За трекл… э-эх! За реку уже несколько тысяч переправилось.

— Может, оно и так, — твердо промолвила Найнив, — но я надеюсь, что ты сделаешь так, как сказал. Если помнишь, ты дал обещание повиноваться мне. — На последнем слове она сделала легкий нажим и со значением взглянула на Илэйн.

Притворившись, будто ничего не заметила, девушка комкала в руках окровавленную тряпку, обратив все внимание на Уно.

— О шайнарцах мне всегда говорили как об одних из самых смелых солдат в мире. — Бритвенно острые нотки в голосе Илэйн вдруг обрели по-королевски величавый шелк и вкрадчивость. — Когда я была ребенком, мне рассказывали множество историй о шайнарской храбрости. — Она положила ладонь Тому на плечо, но ни на миг не сводила глаз с Уно. — Я очень хорошо их помню. Надеюсь, и всегда буду помнить.

Вперед шагнула Бергитте. Подойдя к Уно, она принялась массировать ему затылок и шею, глядя при этом прямо в его живой глаз. Похоже, зло горящий глаз на повязке шайнарца ничуть ее не пугал.

— Три тысячи лет сдерживать Запустение, — нежно проворковала она. Нежно! Два дня минуло, как она таким голосом с Найнив разговаривала! — Три тысячи лет, и никогда они не отступали ни на шаг, если он не был десятикратно взыскан кровью. Может, это и не Энкара и не Ступень Соралле, но я знаю, на что способны шайнарцы.

— Ты что, — пробурчал шайнарец, — все растреклятые предания Пограничных Земель перечитала?

И тут же он вздрогнул и глянул на Найнив. Нет, надо непременно указать ему, что она никаких бранных слов не потерпит. Похоже, Уно не до конца уяснил, чего она от него требовала, однако с явными оговорками шайнарца в прежнем духе вряд ли есть способ бороться, да и Бергитте ни к чему так хмуро на нее смотреть.

Уно меж тем обратился к Тому и Джуилину:

— Может, вы с ними поговорите? В конце концов, они-то не распрок… э-э… не глупы.

Джуилин всплеснул руками, а Том громко рассмеялся: