Читаем Огни Небес полностью

— С вами, милорд, нам тревожиться не о чем, — хохотнул Тэд, засовывая оловянную кружку в седельную суму. Его покрытое морщинами лицо напоминало мятую кожу. — Было дело, слыхал, однажды у вас вышла ссора с самой Амерлин, и… — Джар Сильвин пнул Тэда по лодыжке, и тот, сжав кулаки, резко обернулся; пусть и седовласый, Джар все равно был младше его. — Ты чего, Сильвин? Хочешь, чтоб тебе башку разбили? Так и… Что? — Наконец до него дошло, как многозначительно косятся на него Сильвин и еще несколько сотоварищей. — О! А, да!.. — И он принялся сосредоточенно проверять подпругу и ремешки на седле; больше никто не смеялся.

Брин заставил себя расслабить мускулы разом закаменевшего лица. Что ж, пора наконец оставить прошлое в прошлом. Женщина, с которой он делил ложе и, как он полагал, нечто большее, — и которая теперь смотрит на него, словно на незнакомого, чужого человека… Нет, это не причина, чтобы забыть ее имя и не сметь произносить его вслух. Лишь потому, что она изгнала его из Кэймлина под страхом смертной казни, а он всего-навсего дал ей совет, который обязан был дать, раз поклялся ей служить… Если ей не повезло с этим лордом Гейбрилом, невесть откуда появившимся в Кэймлине, то отныне все это — не его забота. Голосом ровным и холодным, как замерзшая гладь озера, она заявила ему, что имя его больше никогда не будет произнесено во дворце, что лишь его многолетняя служба не позволяет ей немедленно отправить его на плаху за измену. За измену! А Брину нельзя терять мужества, особенно если погоня предстоит долгая.

Закинув ногу на высокую луку седла, Гарет Брин достал трубку и набил ее табаком из своего кисета. Резная чашечка трубки представляла собой голову дикого быка, шею которого обвивала Корона Роз Андора. Уже тысячу лет эта эмблема является гербом Дома Брин: сила и храбрость на службе королеве.

Пожалуй, пора обзавестись новой трубкой — эта уже старая.

— Не так уж я хорошо выглядел в той истории, как ты, верно, слышал. Брин нагнулся и взял у подскочившего ветерана тлеющую веточку из погашенного костра. Потом он выпрямился, раскуривая трубку. — Случилось это года три назад Амерлин совершала поездку с официальными визитами. Кайриэн, Тир, Иллиан и напоследок, перед возвращением в Тар Валон — Кэймлин. В то время у нас опять обострились проблемы с мурандийскими приграничными лордами — ну, в общем, как всегда. — Раздались смешки — на мурандийской границе отслужить успели все. — Я отправил отряд гвардейцев разобраться с мурандийцами, которые считали, будто им принадлежат овцы и скот по нашу сторону границы. Откуда ж мне было знать, что этим делом заинтересуется Амерлин!

Рассказ привлек всеобщее внимание. Приготовления к маршу продолжались, но гораздо медленнее.

— Суан Санчей и Элайда уединились с Моргейз… — Ну вот, он опять произнес ее имя, и это не доставило ему особых страданий. — А когда они вышли, вид у Моргейз был тот еще. Отчасти как у грозовой тучи — молнии из глаз так и летели, а отчасти как у десятилетней девчонки, которой мать устроила взбучку, поймав на том, что она потихоньку медовые пряники таскает. Моргейз — женщина упрямая и сильная, но оказаться между Элайдой и Престолом Амерлин… — Брин покачал головой, а солдаты начали пересмеиваться: в одном никто из них не завидовал лордам и правителям — во внимании к тем Айз Седай. — Она приказала мне отозвать все войска от границы с Муранди, и немедленно. Я попросил ее обсудить этот приказ со мной наедине, и тут на меня накинулась Суан Санчей. На глазах половины двора взялась с меня стружку снимать то с одного бока, то с другого. В общем, разнесла меня в пух и прах, точно зеленого новобранца, разжевала и выплюнула. Заявила, мол, если я не исполню, что велено, она из меня наживку для рыбы сделает.

Тогда Брину пришлось просить у нее прощения — вдобавок ко всему на виду у придворных! И за что? За то, что старался по мере сил поступать так, как диктует присяга! Но об этом рассказывать не нужно. Даже когда все кончилось, Брин не был уверен, что Суан не заставит Моргейз обезглавить его, если сама раньше ему голову не оторвет.

— Должно быть, жутко большую рыбину хотела поймать, — засмеялся кто-то, и все захохотали.

— Результат был такой, — продолжил Брин, — мне подпалили шкуру, а гвардии приказали отступить от границы. Так что если надеетесь, будто я стану оберегать вас в Эбу Дар, не забывайте моего мнения: эти трактирщицы способны и Амерлин вывесить на солнышко просушиться, а вас-то и подавно.

Бывалые вояки радостно загоготали.

— А вы, милорд, не узнали тогда, из-за чего весь сыр-бор разгорелся? — не унимался любопытный Джони.

Брин покачал головой:

— Думаю, какое-то из дел Айз Седай. Не будут же они выкладывать тебе или мне всю подноготную того, что замышляют. — Вновь прокатились смешки.