Читаем Огнеслава (СИ) полностью

Они вошли в терем и поднялись по лестнице на второй уровень. Здесь во весь этаж были помещения, отведенные для княжны. Надо признать, Огнеслава еще никогда в жизни не жила в столь просторных и красивых покоях. Стены обтянуты тканью, мебель резная, со вставками из различных пород древесины, а окна открывались великолепным видом на реку. Свежий ветерок гулял по комнатам, неся прохладу и запах осеннего сада.

— Ты довольна? Все ли тебе по нраву, дитя? — сверху вниз взглянула на Огнеславу княгиня.

— Да, благодарю вас за заботу, — сдержанно ответила та.

— Вот и прекрасно, — довольно улыбнулась свекровь. — Свадьба будет через десять дней. Нам нужно успеть все подготовить. Завтра с утра к тебе явятся швеи, они должны пошить тебе подвенечное платье и одежды на последующие за свадьбой дни. Днем прибудет лекарь, проверить здоровье. Потом тебя посетят служительницы Лады для обряда благословения Великой Матери. К закату управимся, поэтому вечер можешь провести, как твоей душе угодно. Сегодня же, отдыхай.

— Но у меня есть платья. Матушка собрала мне хорошее приданое. И подвенечное платье у меня есть, я и мама сами его вышивали, — попыталась возразить Огнеслава.

— Глупое дитя. Возможно твои платья и подошли бы для того места где ты жила, но боюсь они недостаточно хороши для Зеяжска, — пренебрежительно заявила княгиня. — Ты можешь оставить приданое себе на память, но чтобы отныне я тебя видела только в том, что тебе сошьют здесь.

Огнеслава вспыхнула от гнева, но промолчала. Княгиня довольно улыбнулась и вышла прочь. Прислуга последовала за ней. Дверь с грохотом захлопнулась. Юная княжна шумно вздохнула, пытаясь вернуть самообладание. Не так она представляла себе свой первый день в Зеяжске и уж точно не так видела знакомство со своей новой семьей! Хотя, чего она желала после того представления, которое устроили её родители. Скорее всего, семья Аскольда оскорбилась и теперь отыгрывалась на ней за унижение. Она должна стерпеть, ведь Аскольд тоже не наказал её отца за проступок, хотя мог. Довольно! Сначала отдохнуть, а уж после обдумать, как лучше вести себя с новоиспечёнными родственниками.

Пока никого нет, стоит найти место ларцу. Сперва она водрузила его на небольшой сундук, стоявший у изголовья кровати. Однако, немного подумав, переставила под кровать. Вскоре в комнату вошла Забава, широко распахнутыми глазами она оглядывала богатое убранство их нового жилища.

— Какая роскошь, княгинюшка! Никогда бы не подумала, что люди могут так жить! — поделилась впечатлениями Забава.

— Я тоже не думала, что буду жить вот так… — мрачно ответила Огнеслава.

Переодетая в свежее платье после бани, княжна сидела у воды на мостках. Здесь было тихо и спокойно. Достаточно далеко от назойливых помощниц, хотя знала, что за ней приглядывают, даже не будучи на глазах. Она разулась и, обнажив красивые белые ноги, коснулась пальцами прохладной воды. Легкие прибрежные волны, захлестывая, оставляли брызги почти до колен. Кроме женщин-помощниц на острове была охрана. Но до следующего обхода еще пара часов, поэтому можно расслабиться, немного забыв о приличиях. Золотистые лучики заходящего солнца нежно согревали обнаженную кожу ног, рук, лица и шеи. Маленькие рыбки стайками кружили около мостков, и девица задумчиво следила за их маневрами. Вокруг, что хватало глаз, отделенный водной преградой, простирался город Зеяжск. Весь правый берег Зеяны был занят им. На левом же берегу шумел лес и черной скалой одиноко возвышался дворец змея Горана.

Княжна всмотрелась в собственное отражение, которое то появлялось, то пропадало на темной воде. Отражаясь в водной глади, на нее смотрела красивая девица с длинной золотистой косой, украшенной лентами. Правильные черты лица, светлая кожа, тонкие нежные руки и длинные крепкие ноги — все в ней было прекрасно. Огнеслава не была настолько застенчивой, чтобы не понимать собственной красоты. Мужчины всегда смотрели на нее с восхищением, а юноши терялись в ее присутствии. Почему же княжич Аскольд настолько холоден? Что же ему могло не понравиться? Привыкшая к всеобщему восхищению, она чувствовала себя обиженной.

Вечерело. Солнце село за горизонт, уступая место молодой луне. Стремительно темнело, вот уже и не видно города на реке, только уходящие во мрак волны. Сзади подошла Забава и, поставив рядом с Огнеславой два фонаря, проговорила:

— Там тетушки волнуются, ночь надвигается, а вы все здесь сидите, не простудились бы после бани. Зачем запретили им следом пойти? Разве пристало доброй хозяйке над прислугой глумиться? Знаете же, ваш приказ противоречит указаниям свекрови.

— Передай, пусть не тревожатся, скоро приду, — не поворачиваясь, ответила Огнеслава — Я еще немножко посижу здесь и спать, уговори их меня не трогать.

— Я постараюсь, но и вы помните, у них приказ следить во все глаза, — пояснила Забава. — И так насилу упросила издалека приглядывать, сказав, что сама буду рядом.

— Забава, пожалуйста, я хочу просто посидеть здесь без чужих глаз. Разве тебя не достаточно? Куда я денусь! — обернулась на спутницу княжна.