Когда они добрались до места, Тео с искажённым от боли лицом уже умудрился принять сидячее положение. Увидев Мейса, он скривился ещё больше. Водник без разговоров подошёл к вампиру, быстро осмотрел его руку, сделал несколько лёгких постукиваний по плечам и спине, после чего спросил:

— Что случилось?

— Он упал, — пояснил Дилль. — Взлетел, а потом рухнул. Видимо, мастерства не хватило.

— Почему-то я и не сомневался, — проворчал Мейс. — Надо отвести его к нам в лабораторию — только там можно оказать квалифицированную помощь. Идти сможешь?

— Я попробую, — прохрипел Тео.

Дилль помог ему подняться, и вампир повис на нём — ноги его почти не держали. Мейс поморщился.

— Дохляк. Ладно, попробуем по-другому. Ты, зелёный, клади его на эту лавку. Галл, поможешь ему тащить, я возьмусь с другого конца.

Дилль уложил Тео на широкую лавку. Мейс поднял один конец лавки, Дилль и Галл взялись за другой, после чего процессия с импровизированными носилками двинулась в сторону лаборатории водного факультета. Тео был достаточно крупным, да и прочная лавка весила немало. Всю дорогу Галл только изображал, что помогает нести, отчего лавка кренилась на одну сторону. Дилль, сцепив зубы, держался за шершавое дерево, стараясь за двоих. Мейс, которому, похоже, это надоело, рявкнул на дружка. Галл обиженно проворчал что-то неразборчивое, но лавка перестала крениться в его сторону.

Мейс пинком распахнул дверь лаборатории, приказным тоном велел вампиру перелечь на кушетку, после чего принялся рыться среди склянок и непонятного назначения механизмов. Галл демонстративно помассировал кисти рук, всем своим видом показывая, как он устал.

— Чего стоишь? — рявкнул на него Мейс. — Принеси мне вон ту деревяшку — лубок надо сделать! А ты выметайся отсюда вместе с лавкой. Через полчаса вернёшься и заберёшь своего дружка.

— Я могу помочь…

— Без тебя обойдёмся. Тащи мебель обратно.

Дилль посмотрел, как водник водит руками над местом перелома, а с лица Тео постепенно исчезает гримаса боли. Похоже, Мейса недаром зовут светилом врачевания. Немного успокоившись насчёт руки Тео, Дилль схватился за лавку и выволок её из лаборатории. Нести одному такую тяжесть сил у него не было, а потому Дилль просто поволок лавку по каменному полу. Грохот, издаваемый при этом, непременно вызвал бы к жизни ругательные рефлексы у всех преподавателей, но, к счастью, никто Диллю не встретился. Видимо, Мейс сказал правду, и вся Академия сейчас находится на общем собрании.

Когда Дилль, взмокший и уставший, вернулся к лаборатории водников, его уже ждал Галл. Как всегда, с мерзкой улыбочкой.

— Проходи, забирай своего братца.

Дилль вошёл и замер на пороге. Мейс стоял около вампира и говорил:

— Так, хорошо, а теперь пошевели пальцами. Отлично. Заживление прошло успешно. Хоть ты и недочеловек, но лечение на тебя действует, как на всех нормальных людей. Теперь пару дней не давай нагрузку на руку — пусть она остаётся в лубке, чтобы кость лучше укрепилась. Всё, свободен!

Тео, на лице которого читалась гамма чувств от благодарности за лечение до злости на обращение, буркнул что-то похожее на «спасибо».

— Пойдём, Дилль. Ты чего застыл?

А Дилль стоял, не в силах разрешить вопрос: смеяться ему или ругаться. Потому что волосы, брови и ресницы вампира были изумрудно-зелёными — совсем, как первая весенняя листва.

Глава 14

* * *

— Я его убью! — свирепо вращая глазами рычал Тео. — Выпотрошу и съем!

— Да, ладно, ничего особо страшного не случилось, — ухмыляясь до ушей, сказал Дилль. — И вообще, тебя этот цвет освежает.

Роли поменялись, и теперь вампир брызгал слюной от злости и грозился освежевать «поганца», как суслика, а Дилль хихикал и пытался утихомирить друга.

— Но что я Релле скажу? — жалобно простонал Тео, взлохмачивая свои изумрудные космы. — Она же смеяться будет.

— Скажешь, что мода теперь такая, — посоветовал Дилль.

Вампир бросил косой взгляд на насмешника.

— Ладно, в конце концов можно и сбрить всё это безобразие, — вздохнул он. — Но каков прохиндей!

— Мы ему отомстим, — пообещал Дилль. — А пока…

— Что?

— Пойдём на ужин.

Что-что, а ужин для Тео — это святое. Вампир немедленно собрался, ещё раз страдальчески вздохнул, глянув на своё отражение в зеркале и, громко выдохнув, словно ныряя в ледяную воду, вышел из комнаты.

Надо ли говорить, что два адепта, одномоментно окрасившиеся в зелёный цвет, стали главной темой для разговоров и шуток в столовом зале? Дилль и Тео удостоились десятка изумлённых взглядов магистров и даже нескольких мастеров, пары сочувственных вопросов от поварих «не заболел ли часом кошачеглазик», а также несметного количества шуток разной степени злобности. Особенно старались представители водного факультета.

— Что это с вами? В друиды подались?

— Да какие друиды? Они русалками решили стать.

— Эй, парни, вы совсем заплесневели. Хоть иногда мыться надо.