— Я предлагаю ему лететь с нами, если он захочет, — повторила Ява.

— Это мое путешествие, — холодно ответил Йорик. — У меня есть карта, это я указываю дорогу. Я здесь уже пятьсот лет, и я не собираюсь рисковать, чтобы меня поймали благодаря чужаку, который рассказывает трагические истории.

— Немо, а ты как считаешь? — спросила Ява.

— Я буду рад его обществу, — сказал Немо, подмигивая Шейду.

— Если так, полечу один, — пригрозил Йорик.

— Ладно, — мрачно сказала Ява. — Лети.

— Я не хочу, чтобы вы задерживали меня.

— Счастливого пути, мой мальчик, — ласково сказал Немо. — Желаю тебе попутного ветра.

Йорик вызывающе посмотрел на Яву и Немо, потом бросил взгляд в сторону выхода из пещеры. Его искалеченные крылья задрожали.

— Если он летит с нами, — угрюмо произнес он, — пусть помалкивает и держится рядом с тобой, Ява. Если мы встретим кого-нибудь, ты прикроешь его, потому что он сияет, как сигнальный огонь.

Ява улыбнулась.

— Хорошо, — сказала она.

— Наш путь пролегает через один Оазис, — обратился Йорик к Шейду более любезно. — Возможно, кто-нибудь видел там твоего сына.

— Спасибо, — сказал Шейд, нетерпеливо подергивая крыльями. Один Оазис из сотен. Какова вероятность встретить там Гриффина?

— Ладно, ладно, — пробормотал Йорик. — Давайте отправляться.

Вдруг Ява взвизгнула и отдернула крыло, будто ее ущипнули. Что-то темное и мускулистое ринулось в пещеру. Вампир-призрак. Широко раскрытыми крыльями он заслонил единственный выход наружу.

Луна

Отыскать Луну оказалось не так просто, как он думал.

Гриффин вернулся туда, где они в первый раз встретились, и принялся за поиски. Проносясь сквозь листву, он звал ее. Другие летучие мыши, завидев его, в страхе бросались врассыпную. Оазис был огромный, понадобилась бы не одна ночь, чтобы обшарить его. Время уходило, с каждым взмахом крыльев он становился слабее, растрачивал свои силы, которые нужно беречь для путешествия к Древу.

Но разве он может улететь без нее?

— Луна! — звал он. — Лети сюда, Луна, мне надо поговорить с тобой! Луна!

Она могла перебраться в другую часть Оазиса или просто спрятаться от него.

Во рту у Гриффина пересохло, хотелось пить. Он проголодался. Крылья болели. Он устроился на странного вида дереве, стараясь унять растущий страх.

— Зачем ты меня ищешь?

Он подпрыгнул, оглядел ветку и увидел Луну — ее глаза смотрели на него поверх крыльев.

— Так ты все время была здесь? — воскликнул он.

— Я следовала за тобой.

— За мной?

— Пыталась понять, сумасшедший ты или нет. Почему ты тогда улетел от меня? Как будто ты меня испугался.

Он хотел ответить, но не смог. Она сделала это за него:

— Ты подумал, что я мертвая.

— Ну вот, — сказал он со вздохом облегчения. — Так ты знаешь?

— Да, знаю. Что я не мертвая. Посмотри на меня! — Она спрыгнула с ветки, перекувырнулась через голову, потом еще раз, сделала сальто в воздухе и опустилась рядом с ним. — Совсем неплохо для мертвой, правда?

— Все, что я знаю… — начал он.

— А другие считают, что это ты мертвый, — добродушно сказала Луна.

— Неужели?

— Ты весь светишься, и ты упал с неба. Это очень подозрительно.

— Верно, но…

— А ты чувствуешь себя мертвым?

Гриффин не мог удержаться, чтобы не рассмеяться.

— Я не мертвый. Правда. — Он перестал смеяться. — А ты мертвая.

Она пренебрежительно фыркнула.

— И не только ты, — продолжал Гриффин. — Вы все тут… мертвые. Мне очень жаль, говорить так не слишком вежливо, но это правда. И не только я так думаю.

— Я видела, как ты говорил с одним из пилигримов.

Гриффин кивнул:

— Ее зовут Фрида. Мои родители ее знают. Она была старейшиной нашей колонии.

— Гм, — засомневалась Луна. — Я так думаю, она тоже мертвая, верно?

— Угу.

— А выглядит нормально. — Луна фыркнула. — Она не кажется безумной или что-нибудь в этом роде.

— Я и не считаю ее безумной.

Луна устало посмотрела на него.

— Тогда докажи мне, что я мертвая.

Гриффин сделал глубокий вдох:

— Это не настоящий мир. Здесь все неправильно. К примеру, деревья — посмотри на них хорошенько.

Луна внимательно осмотрела деревья, и это не произвело на нее никакого впечатления.

— Ну и что?

— Здесь все перемешано. Сосновые иголки, кленовые листья, листья дуба на одной и той же ветке. Тебе это не кажется неестественным?

Она беззаботно махнула кончиком крыла:

— Нет. Так было всегда. Может, там, откуда ты явился, деревья совсем другие.

Гриффин вздохнул. Это оказалось труднее, чем он думал.

— Тогда еда, — сказал он. — Жуки, которые не имеют никакого вкуса, будто их нет. Потому что их и в самом деле нет. Они просто звуковая иллюзия, и когда начинаешь их жевать, они тут же исчезают. А где солнце, где луна?

— А что это такое?

— Солнце? — не веря своим ушам, спросил Гриффин. — Это такой большой светящийся круг на небе. От него на шерстке чувствуется тепло. А луна…

Опять не получается. Наверное, нужно придумать что-то другое.

— Скажи, а ты давно живешь в этом Оазисе? — поинтересовался он.

Луна пожала плечами:

— Я всегда здесь жила.

— С тех пор как родилась?

Ее взгляд на мгновение затуманился.

— Да.

— А где твой детский питомник?

Она неопределенно махнула крылом:

— Вот там.

— А кто твоя мама?

— Зачем ты задаешь мне эти вопросы?