Читаем Огнем и мечом полностью

Эти установки широко реализовывались во время проведения вооруженных акций боевых формирований польского подполья против малочисленных групп отступающих на восток советских военнослужащих, эвакуируемого партийно-хозяйственного актива и партизанских отрядов, организованных в начале войны в некоторых районах Западной Белоруссии. Вот что сообщал об этом известный руководитель и организатор партизанского движения В. 3. Корж в докладной записке «О проведенной работе во вражеском тылу…», адресованной первому секретарю ЦК КП(б)Б, начальнику Центрального штаба партизанского движения П. К. Пономаренко: «…ввиду того, что Красная Армия отступила с Западной Белоруссии, в некоторых районах Западной Белоруссии начали организовываться бандитские группы из бывших польских шпионов и диверсантов, которые не были своевременно изъяты и начали действовать вместе с немцами против наших активистов, бойцов и командиров, выходивших из окружения на восток. Так происходило в Ленинском, Ганцевичском, Лунинецком и других районах.

Видя такую обстановку в западных районах, мы решили не оставаться на первый период в Западной (Белоруссии), а сбазироваться в ближайшем районе — пограничном, с таким расчетом, чтобы вести работу и влиять на западные районы. Таким районом мы избрали Житковичский район Полесской области, граничащий с Ленинским районом Пинской области и Старобинским районом Минской области»[21].

Об аналогичных действиях польского вооруженного подполья свидетельствует военнослужащий по фамилии Кравченко в своем отчете, известном историкам под названием «20 дней по лесам и полям Западной Белоруссии»: «В деревне Радзяловичи (Пинской области Ганцевичского района) крестьяне предупредили нас, 4 проходивших бойцов, о месте действия польской кулацкой банды, убившей лейтенанта и неизвестного гражданина»[22].

Подобных примеров известно немало. Вместе с тем следует отметить, что против немецких войск и оккупационной администрации на территории Белоруссии боевые структуры польского подполья в 1941 г. вооруженных акций не проводили.

Руководство СВВ весьма осторожно относилось к перспективам борьбы с немцами с оружием в руках. Предназначенный «для внутреннего пользования» орган СВВ «Беспечиик» писал: «…постоянные и непрерывные нападения на немецких солдат, которые приезжают в Варшаву в отпуск… могут вызвать рефлекс среди немецкой армии, которая до сего времени была враждебно настроена по отношению к гестапо… Немецкий солдат борется за свое отечество и за свои цели и должен заслуживать наше уважение». «Железный крест» равен нашему «Виртути милитари» и не дается за гестаповские выходки»[23].

Достаточно красноречиво отношение польских проправительственных кругов к СССР и к борьбе с немцами выразил генеральный секретарь ЦК Польской рабочей партии М. Новотко в телеграмме Г. Димитрову от 11 сентября 1942 г.: «Все партии в последнее время усилили свои атаки против СССР. Все их газеты выступают с требованием границы 1939 г. Литва, Эстония, Латвия должны, по их мнению, представлять из себя нечто вроде конфедерации с Польшей. Откровенно пишется о Советском Союзе как о враге № 2. Ни одна из буржуазных партий не призывает к борьбе с оккупантом. Разбить немцев должен Советский Союз с помощью Англии и Америки, при этом помощь эта не должна быть осуществлена раньше, чем Советский Союз в борьбе с Германией не исчерпает своих сил. Эта помощь может быть оказана тогда, когда немцы дойдут до Волги. Их главный лозунг — это «накапливание сил для борьбы за границы будущей Польши; выступать за борьбу в настоящее время — это против интересов польского народа». Нас называют агентами Советов за развертывание партизанской борьбы. Польско-советский договор оценивается даже в официальной печати сикорщиков, как преследующий главную цель — это освобождение польских граждан, находящихся в советских лагерях»[24].

В феврале 1942 г. СВБ, достигший значительных успехов в объединении сил, был переименован в Армию Крайову (АК). Тем не менее, эта организация никогда не была жестким. застывшим и четко управляемым образованием — слишком разнородные силы были в ней сведены. Большие трудности предопределяла необходимость поддерживать в дееспособном состоянии широко разветвленное подполье в условиях, когда многие люди рвались в бой, но получали приказы «стоять с оружием у ноги». Подробная стратификация АК имела существенные, чисто бюрократические минусы и, в какой-то степени, носила формальный характер.