Сначала я подумал, что у нее просто был плохой день. У всех нас они были. На второй день я дал ей презумпцию невиновности. Я не хотел быть необоснованным или требовательным. Но сейчас было уже восемь вечера, четвертый день этого дерьма. Я до сих пор почти не разговаривал с ней, и не потому, что не пытался.

Я не понял, когда Уорд не знал, что случилось между ним и Шивом. Теперь я ел свои слова гребаной вилкой, потому что понятия не имел, что происходит с Бэйли. Я прямо спросил ее, и она сказала, что все в порядке.

Это явно не было.

Хуже того, я не знал почему.

Весь день я был чертовски рассеян. Школа была отстойной, а практика — огнем покрышек. После того, как я ушел со льда, тренер Миллер сделал мне строгий выговор за провал почти в каждом упражнении. И некоторые из них были невероятно прямолинейны. Катайтесь прямо и стреляйте, что-то в этом роде. Было откровенно стыдно.

Не помогало и то, что она была повсюду. В моем мозгу, в моей постели, в моем грузовике, в раздевалке, в углу проклятого катка.

К черту это.

ГЛАВА 37

РАССЧИТЫВАЙ НА ЭТО

Чейз

Если бы она не пришла ко мне, то я бы пошел к ней.

Вопиющим образом нарушив ограничение скорости и сделав одну сомнительную остановку в четыре стороны, я добрался до комплекса Бейли и случайно припарковался в зоне для посетителей. Я заглушил двигатель и хлопнул дверью со стороны водителя, а затем на скорости прошагал к ее месту, словно ракета с тепловым наведением.

Я взбежал по ступенькам и с визгом остановился перед темно-синей дверью, уставившись на разрозненные царапины и потертости на краске. Делая все возможное, чтобы сосредоточиться, я глубоко вдохнула и задержала дыхание на несколько секунд, прежде чем тяжело выдохнуть через нос, выпрямив голову, как будто направляясь на лед.

Это не сработало. Вообще.

Расправив плечи, я позвонил в звонок, а затем постучал во входную дверь, как полицейский с ордером. Я надеялся, что она занимается дома, как она сказала, потому что мне нужно было объяснение. Стат.

Замок лязгнул, и дверь приоткрылась. Появилась полоска лица Джиллиан. — Чего ты хочешь, Картер?

Чтобы ты убрался с дороги , но я не мог использовать свой внешний голос для этого чувства.

— Мне нужно поговорить с Бейли. — Я кивнул на дверь. — Впусти меня.

Джиллиан распахнула дверь, и перед ней стояла Амелия. Они смотрели на меня пренебрежительно, как два соучастника по сопливости. Они меня не любили, и это чувство было более чем взаимным.

— Би дала бы тебе знать, если бы захотела с тобой поговорить, — сказала Амелия, бросив на меня убийственный взгляд.

Джиллиан скривила верхнюю губу.

— Может быть, она пришла в себя.

Мои зубы сжались. Я не был самым большим поклонником ни того, ни другого, но мое обычное чувство враждебности сейчас усилилось в миллиард раз. Они вмешивались, и я этого не ценил.

Я, блядь, не мог дождаться, когда Джеймс шевельнется. Считая дни.

— Знаешь что? — сказал я, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не повысить голос. — После того, как вы двое с ней обошлись, я не в настроении смотреть, как ты сейчас притворяешься, что тебе насрать.

Амелия хмыкнула.

— Ты не можешь так с нами разговаривать.

С тех пор как? Может, хоккеист, ругающийся с хоккейной подружкой, нарушил какой-то дурацкий братский кодекс. Это означало, что я, вероятно, услышу об этом от Пола и Мендеса позже. Что бы ни.

— Почти уверен, что только что сделал. — Они отступили, когда я сделал шаг ближе. Я просунул голову в дверной проем и наклонился в дом. — Джеймс!

Дверь со скрипом открылась, за ней послышались шаги. Бэйли спустилась по лестнице, одетая в фиолетово-серые пижамные штаны в шотландскую клетку и такой же фиолетовый свитер, босиком и с растрепанными волосами, распущенными по плечам.

Она выглядела так идеально, что что-то внутри меня сломалось.

Возможно, последняя привязь к моему здравомыслию.

Когда она спустилась на полпути по лестнице, ее взгляд остановился на мне, ее глаза расширились. Наверное, потому, что я выглядел как сумасшедший, работающий на адреналине, разочаровании и похоти, которые в совокупности образовали в моем теле какое-то кокаиноподобное вещество.

Что-то такое. Я никогда не употреблял кокаин, но был чертовски возбужден.

При всей моей гордости за то, что я в целом был спокоен и собран, я определенно не был таким прямо сейчас.

Бейли встала рядом с Джиллиан и Амелией у двери.

— Чейз. — Ее брови нахмурились. — Что ты…

— Нам нужно поговорить.

Она замерла. Ее карие глаза перебегали с меня на Джиллиан и Амелию, потом обратно на меня. Если она встанет на их сторону, я никогда не смогу смириться с этим. Нет, я бы точно никогда не справился с этим.

Я поднял брови. — Сейчас.

— Хорошо. — Бэйли подошла ближе и поманила меня внутрь. — Давай поговорим в моей комнате.

Бейли

Возможно, я немного просчиталась. Потому что теперь у меня на пороге стоял очень большой, очень злой пещерный человек.