Читаем Офицер кайзера (СИ) полностью

Наконец я добрался до района с более плотной застройкой. Здесь и улочки темнее и патрулей меньше. Прям на душе как-то легче стало. Единственное что замедляло теперь мое продвижение это разыгравшаяся паранойя. Хреновый из меня диверсант, нужно было продумать все лучше. Поддаваться неожиданному порыву было глупо. С другой стороны служба такая, что наперегонки со смертью играешь. Улица раз, улица два, улица три. Я заблудился, ну вашу ж мать!

***

Лорд Джеймс пребывал в крайне дурном настроении. Его опередили! И это после месяца поисков и распутывания следов. Буквально на час, но он опоздал. Он забарабанил пальцами по столу. Откуда теперь узнать что тут делал агент из мятежной колонии? Непросто же так в городе происходят пожары и взрывы. Их можно было бы списать на местных революционеров. Если бы не точная информация из проверенного источника.

Не факт что именно янки стояли за волнениями в городе. Джеймс не видел причин для их вмешательства в Европейскую заварушку. Но факты штука упрямая. Агент был. Был, был, да сплыл! А остался один сожжённый дотла дом и какой-то неизвестный в неприметном костюме.

Хотя. Англичанин замер. А кто сказал что агент не мог быть тем неприметным человеком с чемоданом. Как он ловко заметает следы. Если бы не человек из посольства, случайно проходивший мимо пред самым пожаром, он посчитал бы американца мертвым. И вообще с чего он взял что агентом должен быть коренной американец? Нужно срочно принять меры!

Париж. Сентябрь 1915.

Как быстро летит время. Не успел разобраться с "наследством" Валентина, как случай в лице старого часовщика сводит меня с группой недовольных жизнью рабочих. Двенадцать человек, бывшие работники закрывшийся в начале года швейной фабрики. Перебиваются чем могут. С работой сейчас в городе не очень. Аккуратно прощупал их на тему недовольства правительством.

Все не очень стремятся записать себя в социалисты, но согласны что войну нужно побыстрее заканчивать. Сложнее было с их патриотизмом. Пришлось понемногу склонять их к мнению что "белый мир" будет идеальным решением. Не хватало еще создать воинственную организацию. Они так могут и на фронт сбежать. Пусть лучше за мир борются.

Выбрал среди них наиболее заслуживающих доверие парней и под предлогом борьбы с буржуазией нанес визит в филиал Английской ювелирной кампании. Оказывается тут и такая была, а я и не знал. Выдал по сотне франков каждом из двенадцати человек и еще по двести соучастникам. Остальное в кассу, то есть мне. Конечно же на дело революции!

Незаметно вокруг нас собралось около сотни недовольных жизнью граждан. Появилось даже несколько претендентов на пост лидера. Да еще и большая часть их была серьезно одемокрачена. Хотели избрать себе лидера путем голосования. Пришлось принять меры. В ночь когда большая часть новеньких собралась для "выборов" в здании закрытой швейной фабрики жандармы "случайно" узнали о готовящихся в городе акциях и о самом собрании. Я заранее оставил там несколько пачек из свежераспечатаной газеты "Заря". О самой газете позже ибо она достойна отдельного упоминания.

Для пущей убедительности оставил там и десять винтовок. Жалко конечно, хотел позже использовать. Да и достались они не так просто. Три патруля военных пришлось отправить в лучший мир. Положил так чтобы не на виду, но при обыске бы нашли. Власти видать совсем осерчали и приказали расстрелять бедолаг. Пойдут в новый выпуск как жертвы режима.

Наконец я подобрался к газете. Мысль мне пришла в голову совершенно случайно. Разговаривал я с Мойшей по поводу новой партии листовок и он предложил мне "за дешево" купить настоящий печатный станок. Я конечно от такого немного завис. Начало века на дворе, станок это не принтер который подмышку засунул и пошёл. Здесь они целые комнаты занимают и это не самые большие.

Печатный станок оказался не таким огромным, как я боялся. Но все ровно достаточно внушительным и находился в каком-то сарае недалеко от часового магазина. Так этот жук, чтоб ему еще сорок лет по пустыне, мне сарай еще в аренду умудрился сдать.

Фиг с ними с финансовыми вопросами. Я не знал как мне подступить к приобретению. Все оказалось удивительно просто и через сутки я держал первую партию свеженапечатаных листовок. Помянув нехорошим словом человека продавшего мне железного монстра, пошёл к нему за расходниками. Ибо после печати трехсот листовок кончалась бумага.

Пока торговался, меня как осенило. А ведь можно революционную газету выпустить. Что там стараний, лист бумаги да шаблон. Получилась такая двухстраничная газетка. Курам на смех конечно, но как жандармы взбесились! Часть тиража третьего выпуска я на фабрике как раз и оставил. Незачем плодить конкурентов. Пусть лучше мучениками поработают.

А в городе тем временем ввели норму на продажу хлеба на человека. Официально указ так и назывался "хлебная норма". Но включал в себя довольно приличней список товаров. Даже мыло в него угодило.