Читаем Одному тебе полностью

Одному тебе

В каждом из нас живёт рифма, к которой мы подбираем звучание. В сборнике собраны стихи на любой вкус. С ними можно отправиться в путешествие по далёким странам, найти гармонию с собой, научиться любить. Откройте страницы сборника, чтобы найти своё звучание.

А. М. Серегова

Поэзия18+

А. М. Серегова

Одному тебе

I. BonVoyage


***

Меня будит который день без вопроса «хочу ли?»

Аромат сладковатого запаха листьев пачули.

Переливом багряного света опять алеет

Горизонт на рассвете, сливаясь с кустом бугенвиллеи.

Каждый луч сквозь росу отражает цветущий покров

Нанесённых ветрами с деревьев нежнейших ковров.

По шуршащим бутонам сиреневых ярких слив

Ветер носит манящие запахи там, вдали.

В рассветном сиянии мир до чего гораздо

Выглядит ярче средь белых домов контраста.

Сиреневым цветом, каждый оттенок лелея,

Так и манит вдохнуть поглубже себя аллея,

Почувствовать бархат бутонов, шелка лепестков,

Остаться в таком цветеньи во веки веков.

Переливами красного блеска, как грань рубина

В моих окнах цветущие ветви — теперь гардина.

Аллея из запахов, арка из райских садов

Розовеющих бугенвиллей, сливовых рядов.

Меня будит которой день, но я вовсе не против

Начинать каждый день на такой вот красивой ноте.


***

В лодке опять пробоина, вода сполна

Проникает, когда за волной вновь бежит волна.

Поскорей бы доплыть, вон за мысом горит маяк,

Чтобы в случае бедствия смог дотянуть моряк.

Чтобы в случае шторма, найти, где сложить весло,

Надышаться свободой и мыслью, что так свезло.

В лодке опять проплешина, море сквозь доски

Проникает по капле внутрь, тут итог не броский.

Поскорей бы доплыть, вон за мысом маяк включён,

Надо просто к нему повернуть, как в замке ключом.

Тело со всех стороной обняло пеленою,

Море врывается в лодку мощнейшей волною.

В лодке опять пробоина, где же моряк

Отыщет последние силы настигнуть маяк.

Остаётся залечь на дно, безнадёжно ждать,

Пока море будет нещадно тебя осаждать.

В лодке так мало места для двух стихий,

Остаётся молиться, но голос остался глухим.

В лодке опять пробоина, вода за края

Вытекает уже. Не спасёт ни Господь, ни маяк.


***

Если будешь в наших краях по пути на юг,

Пропусти отходящий поезд, на шесть сорок пять.

Захвати и меня с собой, можешь к паре брюк

В чемодан положить и сверху слегка примять.


Если будешь в наших краях хоть на пять минут,

Не думай о том, чтоб остаться на долгий срок.

Просто меня забери, и вдвоём страну

Покинем в погоне за миром, что так широк.


Если будешь в наших краях, задержись, побудь

Гостем сердечным, задержка ничем не грозит.

А там уж вдвоём продолжим куда-то путь,

Нанесём кому-нибудь тоже внезапный визит.


Если будешь в наших краях покупать чемодан –

Напротив всегда распродажа, возьми и мне.

Я верну, обещаю, сполна тебе всё отдам.

Возьми мне коричневый и лучше всего на ремне.


Если будешь в наших краях, не ищи ночлег.

Приютимся вдвоём и вдвоём же уедем прочь.

Отсидимся, а утром свершим свой заветный побег,

К манящим юга́м побежим, догоняя ночь.


Если будешь в наших краях, не носи плащи.

Привлекать к нам вниманье прохожих совсем ни к чему.

Сбежим, будем есть фрикасе, буйабес и щи,

Запивать пятилетним вином пересоленную ачму.


Если будешь в наших краях, не пугайся тех,

Кто смотрит на твой чемодан под косым углом.

Они чуют, что ты уже в шаге к своей мечте,

И от зависти так и дышат глубоким злом.


Если будешь в наших краях, захвати утюг

Я выглажу свой пиджак, ведь всегда говорят:

Сбегая от мятых мыслей куда-то на юг,

Ты сам ни за что не должен быть также помят.


***

К северу от границы луна близка

Настолько, что я отыскал к ней в два счёта путь.

На случай, что кто-то будет меня искать,

Оставлю подсказки, куда надо будет свернуть.


На случай, что кто-то отправится по следам,

Протоптанным мною под тусклостью фонаря…

Не ищите, побыть в одиночестве нужно когда.

А мне нужно сбежать, по правде вам говоря.


К северу от границы лежит ориентир,

Тропинка петляет меж сосен и мрачных стволов.

На счету уже несколько дней, что провёл в пути,

Общаясь с ветрами попутными, но без слов.


На севере пахнет смолой молодой кипарис,

А лёгким давно не хватало эфиров хвой.

Я такими просторными видами, глядя вниз,

Пропитаюсь на несколько лет с лихвой.


К северу от границы с моей тоской

Спущу все терзания в воды холодной реки.

Одиноко едва ли бывает тому, кто покой

Ищет любым препятствиям вопреки.


На севере горы обнимать будут от души,

Царапая холодом плечи, морозя ладонь.

Палатка не будет греть, но в такой глуши

Греет скорее пейзаж, чем от куртки болонь.


Ветви сосновые будут мне щёки ласкать

Колючими иглами, а в ответ им моя щетина.

На случай, если кто-то будет меня искать,

Попытайтесь идти на север, в расчёте на.


К северу от границы, за той горой…

Уверен, что мир для меня что-то там припас.

Любые сомнения, возникающие порой,

Сводит на нет уверенный в этом компа́с.


Ноги приятной болью будут гореть

От ходьбы по ещё не истоптанным мною местам.

Это место поможет навечно всё враз стереть,

Чтобы с чистого где-то снова начать листа.


Доберусь, перелезу, пройду, пусть дорога резка,

Настолько, что мне уже будет назад не слезть.

На случай, если кто-то будет меня искать,

К северу от границы я где-то есть.


***

Лазурь. Покрывает собою гладь,

Словно торт глазурь.

Небо, куда ни глядь,

Предвещает грозу.

Как слезу,

Что скопилась на красном носу,

А потом на тетрадь

Срывается, в ней полосу

Размывая. Я принесу

Свои ноги к твоим берегам,

Ты их только разуй.

Своим бризом омой,

Пока тучи там, на весу

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Мудрость
Мудрость

Широко известная в России и за рубежом система навыков ДЭИР (Дальнейшего ЭнергоИнформационного Развития) – это целостная практическая система достижения гармонии и здоровья, основанная на апробированных временем методиках сознательного управления психоэнергетикой человека, трансперсональными причинами движения и тонкими механизмами его внутреннего мира. Один из таких механизмов – это система эмоциональных значений, благодаря которым набирает силу мысль, за которой следует созидательное действие.Эта книга содержит техники работы с эмоциональным градиентом, приемы тактики и стратегии переноса и размещения эмоциональных значимостей, что дает нам шанс сделать следующий шаг на пути дальнейшего энергоинформационного развития – стать творцом коллективной реальности.

Дмитрий Сергеевич Верищагин , Александр Иванович Алтунин , Гамзат Цадаса

Карьера, кадры / Публицистика / Сказки народов мира / Поэзия / Самосовершенствование
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы