Читаем Одноклеточный полностью

Сразу за стойкой громоздился огромный чан, из него то и дело через кран наливали неочищенное сакэ. Много стаканчиков в микроволновке пыхтело, а другие постоянно совали в морозилку. Никакой разницы для бармена не было, что морозить, что греть, — да уж, культура тут нулевая.

— Этот волосатый монстр — Егор, а это Такиче, — представил нас Гриб. — У Егора чёрный паспорт, вникаешь? А Тайшу с Флорой какие-то вонючие хлыщи пригласили на танец. — Кажется, он слегка обижался на девчонок. — Я Минору наказал, чтобы не дал их натянуть.

— Сугой отоко, — одобрил мой вид Такиче. — Если чёрный — это полный сугой. Ты бета-катенином накачался? Или ещё каким белком закинулся, чтобы волосы в рост пошли?

— У меня Леф-1 накрылся.

— Сугой! — опять повторил Такиче с восхищением. — Здорово. Ты местный?

— Да не местный он, а наш, в маншёне рядом с портом живёт… — влез Гриб. — Ладно, трепись дальше. Чего ты там заливал?

— Я как было рассказываю, симатта! Ну вот, ползу я по своему подвалу возле самого берега, дом там вообще рухнул, только одна тайная дырка осталась. Фонариком свечу. И вдруг вижу — впереди круг света, и в нём пожилой отоко сидит, полный дарасинай в рубище. Хотел его по черепушке долбануть и в воду сбросить, но что-то меня остановило.

— Благородный, что ли? — хрюкнул Чипаня. Он купил у бармена новую сигарету с травой, поджёг её и дал мне затянуться. После второй затяжки мне показалось, что кэцу у Херми совсем не такая твердая, как кажется поначалу. Я сунул руку ей под косуху и майку и провёл по спине ладонью.

— Нэйкан, — хрипло сказала она и обняла меня за шею. Зрачки у неё плавали, словно чёрные оливки в масле.

— Кутабарэ, — отрезал Такиче и сердито поглядел на Чипаню. — Ну, подошёл я и рядом встал, а сам арматурину покрепче взял. Вдруг у него сюрикэн в рукаве?

— Унко навалить присел! — заржал Ковш.

— Урусай, симатта! — не вытерпел уже Гриб. — Ты не слушай его, Такиче, он после гнилой травы шизеет. К тому же синестетик по жизни, для него твой трёп — что ужимки клоуна в театре дзёрури.

— Не трёп, а истина!

— Ёси, валяй дальше.

— Ну вот, этот оборванец показывает на особо жёлтый грибок на стене и говорит: «Красота, ёппу!» И опять уставился на плесень и не отскребает её. И подумал я тогда — сидит пожилой человек, слагает трёхстишие, а я пришёл грибы скоблить. Ну и ксо же я после этого! Постоял рядом, полюбовался на жёлтые разводы и стал другие грибки срезать… А старику пригрозил, чтобы он не вздумал про дыру в завале кому натрепаться, а то всю его красоту на дурь переведут.

Все замолкли, даже Ковш. На минутку наша компания стала островком просветлённой тишины в этом шумном бардаке. «Сатори!» — подумал я.

— Уйду я из этого бизнеса! — в сердцах заявил вдруг Такиче. — Достало уже плесень собирать. Или в Россию буду ездить, на Сахалин, мне наш босс предлагает служебный рост. Там «морнин глори» растёт, из Штатов завезли и плантации высадили. Вот он и хочет сюда поставки наладить. Это вьюнок какой-то, у него в семенах психоделик есть. Никакой тебе лаборатории не надо — бери готовое!

— И что? — заинтересовался Гриб.

— Зажевал пяток семян и торчишь, как от нормальной дозы элэсдэшки.

Тут у Гриба что-то громко пискнуло, он не успел восхититься и уставился на экран смарта. А Херми уже совсем поплыла и вовсю шарилась у меня под курткой, так что я против воли взопрел и скинул суйкан. От этого девушка ещё круче завелась и полезла уже мне в штаны. Я сунул ей в зубы стакан сакэ с ледышкой и обнял покрепче — спеленал рукой, чтобы не суетилась.

— Что за гаракута у тебя? — недовольный тем, что вклинились в интересную тему, спросил у Гриба Такиче. — Сэмэска от предков пришла?

— Синдзимаэ! Это я он-кью настроил, чтобы по часам дурь принимать — не раньше и не позже, понял? У папаши программу спёр, он по ней лекарства хавает. Вот глядите. — Он показал нам надпись на экране: «Обдолбись апоморфином, хрен, пока не заломало».

— Нашёл чем закидываться, — хмыкнул Такиче.

— Это же просто напоминание. А вдруг оядзи на глаза попадётся? Про апоморфин он и не спросит, а за дитран какой-нибудь может по башке настучать.

— Ну? — очнулся Ковш. Новой сигареты с травой ему никто не предлагал, вот он постепенно и очухался. А Херми тем временем, не сумев вырваться из захвата, дотянулась мне до уха зубами и стала его грызть. Хорошо ещё, что не больно. — Доставай, симатта.

— Дзаккэнаё, брат, — хмуро ответил Гриб. — Скоро едем уже, хватит дурь лопать. И кончай сакэ хлестать, эбселена на тебя не напасёшься. Сейчас Сэйдзи придёт, а ты уже кривой.

— А где он? — встрепенулся Чипаня. — Долго чего-то нет.

— Не забудет…

— Слушай, а тебя за такие письма сэмэс-полиция не достаёт? — спросил Такиче. — Они же отлавливают подозрительные сообщения.

— Симатта, это же внутренний трафик смарта. Въезжаешь?

— Извини, сроду своего смарта не было. Это для городских игрушки…