Читаем Одноклеточный полностью

В общем, только Зид и Пец не приехали. Хакер Пец вроде бы опасается подхватить на Полосе заразу, мания у него такая. А Зиду срочная работа в гараже подвалила, к тому же он сильную дурь почти не потребляет, а травой пользуется и апоморфином. Ему на Полосе неинтересно. Про Аоки я ничего не услышал, хотя Тони на неё пристально поглядел, будто намекал — хочешь, про тебя что-нибудь такое же выдам? Она так зло на него зыркнула в ответ, что он ни слова не сказал.

— Ханасте! — объявил Сэйдзи. — Слышь, Гриб, прочитай рэйдзи лекцию…

От рёва наших моторов задрожали стёкла в ресторане, отовсюду высунулись встревоженные морды. Через пару секунд мы уже вырулили на дорогу, спугнув какого-то робкого автомобилиста. Гриб со мной в конце колонны пристроился, и в наушниках шлема у меня раздался его голос:

— Ты закидываешься, Егор?

— Ну, экстази уважаю… А психоделики меня пугают, видения всякие. Я плохо в наркоте разбираюсь, Гриб.

— Тривиальный выбор. Понимаешь, экстази не расширяет сознание, это тупая дурь. А тебе не мешало бы с мозгами что-то интересное поделать, а? Короче, тебе надо всякого попробовать, только так выбрать сможешь — от чего тебе самый кайф. Я тебе в общем расскажу, а ты потом сам обдолбись, ёси? Короче, кокаин взводит и нервирует. Сейчас его не модно нюхать, даже не начинай. От марихуаны нормально расслабляешься, но кайфа мало. Это все детская гаракута! Настоящие отоко психоделиками грузятся. Псилоцибин, мескалин, псилоцин, триптамины всякие — от них зависимости не возникает, и абстиненции тоже нет. Они безвредные, только мескалин печёнку разъедает — а ты его и не жри, если она тебе чем-то дорога или денег на искусственную нет. Физического удовольствия, брат, от настоящего психоделика никакого, тут главное переживания, въехал? Так что лопай осторожно, чтобы психоз не заработать. Хотя ты и так рэйдзи… А экстази что же? Так, только называется психоделиком. Про апоморфин, «Кокамело» и прочие штучки уж и не говорю. Только и годятся, что между настоящими дозами закинуться.

— А мне нравится экстази, — не согласился я. — Словно Будда в тебе поселяется. Поглядишь на любого человека — и такая в сердце любовь к нему, как к родному. Это же здорово, когда все друг другу нравятся.

— Детские сопли, — презрительно заявил Гриб.

— Сам ты сопли, — встряла Аоки. Она влезла в наш разговор и не удержалась, высказалась. Наверное, разговаривать со мной и Грибом ей почему-то было интереснее, чем с остальными. — Съешь всего одну таблетку — и как другой человек! Ты попробуй во всех этих дурацких клубах без экстази потусоваться. Вонючие гейбои, похотливые косё бэндзё, тупые диджеи с дерьмовыми эмпешками, блевотина в мусорных корзинах, унко на полу в сортире! А как закинулась — и пляшу полночи, легко и здорово, и всех люблю.

— Вот-вот. А потом депрессия и «ужасный вторник».

Они зашипели друг на друга и замолкли. Я не понял, отчего Аоки так на Гриба накинулась, сама же меня мухоморным сётю угощала. Гриб обиделся и свернул «лекцию», к тому же началась Полоса. А ездить тут бездумно, как по городу, нельзя, потому что дорог нормальных вообще нет. Надо во все глаза глядеть — нет ли где какой опасности, хоть от людей, хоть от домов. Те, что ещё стоят, все перекошенные, того и гляди стена обвалится. Всюду разбитые бетонные плиты валяются, какие-то провода торчат… Но люди везде себе дупла устроили, разной дряни натащили и живут. Где можно было — там магазинчики открыли, хламом же и торгуют. Но и свои хорошие вещи мастерят. Поделки из строительного мусора, стальные ткани, ручное оружие… Грибы в сырых подвалах выращивают. Приезжим тут в одиночку опасно ходить, обязательно гид нужен, иначе обворуют. Бизнес такой на туристах — или провожатому плати, или грабителю.

Нам на уроке истории преподавали, как Полоса возникла. Это лет тридцать назад случилось, когда на лимбах Луны энергетические станции построили. Солнечные батареи свет собирают и на эти станции по проводам электричество передают, а оттуда уже на Землю — лучами, как в микроволновке. А на соседнем острове Матсмае антенну соорудили, чтобы она эту энергию обратно в электричество переводила. Много таких антенн повсюду натыкали. Ну и промахнулись! Что-то там не так рассчитали, и луч микроволновый прямо по нашему острову прогулялся, край города зацепил. Этот луч быстро отрубили, понятно. Долго спорили, включать снова лунные генераторы или нет, но потом мёртвых схоронили, плюнули — и всё заработало, не зря же строили. Храмы сказали, что это была такая жертва богам. Даже секта особая возникла, от неё и пошло население Полосы. И ещё там чёрнопаспортные и всякие изгои обитают, которым в нормальном городе места не нашлось.

Я у папаши когда-то спросил — а чего сперва в океане где-нибудь не испытать было? Он мне сказал, что было такое, только там все путём получалось. А первый рабочий пуск вдруг «срубился». Про диверсию тогда много вопили, сектантов искали, ну и нашли наконец какого-то доктора Зло. Дело тёмное, короче.