Читаем Одноклеточный полностью

— У! Ну ты зарос, Егор-кун! — Девушка помахала передо мной руками, будто нас окутал туман и она хотела его развеять поскорее. Глаза у неё стали такие широкие, словно она не нихонка. А в них что-то странное пылало, пронзительное — кажется, она и боялась меня, и… не знаю, уважала, что ли?

— А воздуха в баллоне надолго хватит?

— Камэ на пятьсот. Там индикатор на руле стоит, поглядывай да заправляться не забывай. На аккумуляторе тоже можно ездить, но медленно и совсем недолго…

Аоки собралась и перестала взмахивать руками, отгоняя невидимых москитов. Вместо этого она хихикнула и принялась стягивать с себя рубашку, пуговки даже не подумала расстегнуть, прямо через голову. Грудь у неё была небольшая, но очень аккуратная и правильная, как на подростковых манга. И все шесть розовых кружков правда были одинаковые.

— Попробуй, — приказала она и ткнула пальчиком в один из них, нижний. Я прикоснулся к нему, и она жёстко прижала мою ладонь к себе. — Потяни! А потом языком и зубами. А меня на байк посади, а то я не допрыгну. Нет, стой!

Аоки подбежала к своей машине, распахнула дверцу и включила музыку, очень громко. И сразу вернулась обратно, подпрыгнула и повисла у меня на шее.

— Ну посади же меня!

Она была очень лёгкая, как ребёнок. Я подсадил её на седло, но мне всё равно пришлось нагибаться, чтобы её за маленький сосок зубами тянуть. Я очень осторожно это делал и пальцами поглаживал, как она попросила. Аоки же в это время с меня куртку сорвала и следом мою рубаху, чуть магнитная молния не отлетела.

— Ну ты животное! — расхохоталась она. И ногтями стала мне спину царапать, плечи и голову. Больно было, но и приятно тоже. — Тяни, тяни! Растёт, правда? Гляди, уже почти выросла! — Схватила меня за подбородок и подняла голову до верхней груди, которая у неё нормальная. — Ну? Зубами давай! А!..

Аоки как-то вдруг вся обмякла, повалилась мне на плечо, но руки двигаться у неё не перестали. Я и не заметил, как с меня штаны свалились. Она вдруг так тяжело и быстро задышала, что я за неё испугался и почти перестал её зубами теребить. И за себя мне неудобно стало — так она горячо у меня тибу перебирала. В волосах запуталась, но не растерялась!

И вдруг Аоки вскрикнула и вцепилась мне в данкон ногтями, я даже зарычал от боли. Но она моментально обмякла, просто обняла меня за шею и как будто уснула. Я ещё несколько раз провёл по её соскам языком, уже не кусаясь. Нервная дрожь, что стала бить меня, помаленьку затухала. Пламя в паху медленно растекалось по телу, выделяясь запоздалой испариной.

— Ямеку, — глухо сказала Аоки и оттолкнула меня.

Руки на груди сложила, прикрываясь, и головой помотала, Её синие волосы совсем растрепались, и лица вовсе не видно было. Тут одна прядь у неё отодвинулась в сторону, и на меня поглядел нормальный нихонский глаз, не распахнутый мухоморным сётю. В нём уживались смущение и лукавство одновременно.

— О-тин-тин… — Она посмотрела вниз, в спутанную шерсть у меня между ног. — Ты, наверное, думаешь, у нас было эсу? — Аоки всё-таки открылась, чтобы натянуть рубашку. Я тоже вернул на место свою одежду, пришлось собирать её с пола. — Нет, мы твой новый байк обмывали, договорились? Вот видишь? — Она показала на оплывшую полоску сэйки на голубом газовом баке, прямо у неё между бёдер, и ещё несколько крупных капель на других частях мотоцикла.

— Конечно, — обрадовался я. — Здорово, правда?

— Само собой! Ну так что мы с тобой делали, Егор?

— Я понимаю, Аоки. Ты думаешь, я полный дахо? Мы обмывали мой новый мотоцикл. Если хочешь, мы можем назвать это дело «фудзоку».

— Эротический массаж? Ну да, так будет правильнее… А ты классно придумал! Но Сэйдзи всё равно не понравится, что мы с тобой фудзоку баловались. Лучше вообще забудь, ёси?

— Хорошо, я никому не скажу, это будет наш химицу. И про грибное сётю тоже…

Она смутилась и спрыгнула с седла, чтобы обнять меня и потереться носом об мои ужасные жёлтые волосы на груди. А потом отключила музыку в салоне автомобиля, и стало вдруг так тихо, что я услышал гудение электрического генератора на крыше гаража.

— Ну, про него-то можешь камайну сказать, если спросят. Мы же все вместе на Полосе закупаемся. Ты не думай, что я сасеко, просто так получилось… Мы с Тони поругались из-за тебя, и сётю этот слишком крепкий, да ещё твой Леф-1 на меня так странно подействовал. И утром я варденафилом сгоряча закинулась. Ты же не станешь считать меня своей онна?

— Конечно, Аоки-сама. Ты живёшь в своём доме, рядом с бухтой, а я в маншёне возле грузового порта. По-моему, это сон. Ну, что ты меня к себе привезла и байк предлагаешь.

— Слушай, а у тебя вообще-то онна есть?

— Нет, ты первая.

— Так ты дётэй? — поразилась Аоки. — В смысле, был им до… Симатта! И остался им, ведь у нас?.. Ти! У тебя, наверное, мусэй каждую ночь бывал? У меня часто бывает, когда долго без парня живу… Ксо, ты не слушай меня.