Читаем Одноклеточный полностью

— Нашими нравственными обязательствами управляет не закон морали и не этический порядок, а обстоятельства, — витиевато высказался Тони. — А они таковы, что я просто вынужден убить вас обоих, ребята. Готовы?

И что я должен был делать? С одной стороны в меня упирался ствол Шрама, а с другой глядело «дружелюбное» оружие камайну. В общем, выступить с возражением или хотя бы просто дёрнуться я даже не успел… И всё-таки через какое-то время я очнулся лежащим на холодном бетоне. Сэйдзи усмехнулся, и его лицо отдалилось от меня.

— Скажи спасибо своей подружке Урсуле, — сказал он. — Её технология!

Я кое-как приподнялся на локте. В глазах плыло, а тело слушалось со страшным трудом, словно его выпотрошили и набили толчёным стеклом или песком. Камайну лениво расположились в разных позах. Они воспользовались обломками мебели и ящиками. Чипаня тоже пришёл. Он возился со смартом, хотя свой висел у него на поясе. Остальные разглядывали какие-то странные штучки, похожие на гранаты.

— Ультразвук?

— Он самый. Я хорошо подготовился к этой встрече. Радуйся, теперь у тебя куча новых нервных клеток. Может, поумнее станешь? Эй, парни, можете начинать… С Егором всё в порядке. Набивайте в седельные сумки.

— Что начинать? — спросил я.

— Тут полно дури. Килограммов сто, не меньше, — дитран, экстази, ещё что-то. Гриб ещё не успел разобраться. Думаю, собирались переправить всё в Россию. Лет на десять хватит, если не загоним местным оптовикам… Ты зачем сюда полез?

— Не знаю.

Шрам лежал рядом и не шевелился. Я заметил, что костюм на нём расстёгнут, а рядом валяются всякие мелочи типа ключей.

— Оружие и смарт мы уже взяли, так же как и деньги. Держи, это твоё. — Он сунул мне в руку тонкую пачку. Я собрал глаза и присмотрелся. Это были русские деньги номиналом в сто рублей. — Тут не меньше трёх тысяч. Ты их заработал…

— Спасибо, — пробормотал я.

— Идти можешь? Давай-ка поедешь на моём квадроцикле, а я на «ёкай» сяду.

— Со мной всё в порядке. Вы тут уже всё обыскали?

— Зачем это? — удивился Тони.

Я наклонился над мертвым Шрамом и стал шарить вокруг него руками. Натыкался всё больше на какой-то мусор и обломки бетона. Но мне повезло — под его рукавом я увидел массивный плоский ключ в бурых пятнах. Они стали шелушиться у меня под пальцами. Таким ключом закрывался шкафчик в нашем гараже, когда у родителей ещё был свой дом. Надеюсь, тот тип, от которого осталась одна нога, имел его при себе, а Шрам завладел им. Заодно я прихватил и ключ от двести семнадцатой камеры — китаянка же дала его мне, в конце концов.

— Иссан но кусо, — презрительно сказал Тони, глядя на мёртвого Шрама.

Ещё я взял сумку с широкими лямками. Шрам явно приготовил её, чтобы перетаскивать мальчишку.

— Мне нужно забрать… Здесь он держал одного близкого мне человека, — сказал я и выпрямился. В голове зашумело, словно там сливали воду.

— А, так это он орёт там за дверью? Хотя уже заткнулся, кажется.

Пока парни потрошили ящики с наркотой, мы с Тони отправились в ту комнатушку, куда я забрался с крыши. И тут же я заметил в ней дверь, она вела в кутузку. Наверное, когда-то в эту камеру можно было попасть только из коридора тюрьмы. А после того, как кусок здания обрушился, в неё проделали наружный вход и вообще нагородили вокруг жестяной ангар.

— Давай ключ.

Одзи повернул его в скважине и толкнул дверь. Она со скрипом отворилась. В дальнем углу на топчане сидел Давид, а рядом с ним стояла древняя кроватка. Половина прутьев у неё была выбита.

— Кто вы? — каркнул нагваль. Он походил на большую куклу из театра бунраку.

— Кто мы, Егор? — обернулся ко мне Сэйдзи. — Это твой приятель?

— Нет, другой…

Я вошёл в камеру и сразу двинул к кроватке. Давид вздрогнул, будто его ударили, и отодвинулся в угол. По-моему, он не мылся с того самого дня, как выкрал малыша из зоопарка. Я вовсе не собирался на него нападать. Вместо этого я приподнял ножки спящего ребёнка и «надел» на них рюкзак. Малыш идеально поместился в сумке. Там даже обогрев с вентиляцией оказались, и я включил их.

И вдруг я заметил, что парень таращится на меня, и вздрогнул. Мне показалось, что я очутился в храме и гляжу на маленького божка. Натуральный ками. Какая-то была в его взгляде спокойная мудрость. И тут он усмехнулся и закрыл глаза, будто уснул. Я понял, что опять могу дышать.

Потом я аккуратно надел ношу на спину и был готов.

— Идём?

— А я? — пискнул нагваль. — Егор, ты же меня не бросишь? Вы убили всех этих людей, и теперь меня тоже убьют из-за этого!

— Мы не убийцы, — слегка покривил душой Тони. — Или ты хочешь, чтобы мы и тебя заодно прикончили?

— Нет! — испугался Давид.

— Вот и помалкивай. У тебя всё, Егор?

Я пошарил в кармане суйкана и достал ключ от своей камеры на втором этаже. Уважения к бывшему нагвалю у меня не осталось ни на мон.

— Вот, можешь жить в моём гнёздышке. Самый короткий путь — по тросу, ты его увидишь в дырке на потолке. Только платить за комнату я не буду.