Глава 14

На следующий день я взяла отгул за свой счет — решила отоспаться. Неприятный осадок, оставшийся после этого дела, не покидал меня и когда я пришла в свою огромную квартиру на Новослободской, и когда принимала ванну, и когда наконец добралась до утки с яблоками, и когда уже легла спать в свою кровать с водяным матрасом. Все закончилось, как и было задумано: нам принесли деньги, мы отдали их несчастной Евгении Петровне, объяснив, что это Петр оставил их у нас, и она отправилась в милицию подавать заявление о пропаже сына. У нас просто язык не повернулся сказать, что его уже нет в живых — все равно ей об этом скажут, ибо труп был опознан и в данный момент находился в морге. Охрану босс отпустил, и до конца дня нас никто не беспокоил. Я даже сходила в магазин за продуктами и вернулась живая. За мной никто не следил, никто не пытался напасть или убить. Петков сдержал свое слово. Меня же не оставляла мысль, что самый лучший помощник депутата — это мертвый помощник. И пусть что-нибудь тяжелое упадет мне на голову, если я не права. Валентина чувствовала себя прекрасно, она очень обрадовалась, узнав, что я жива, и даже не подозревала о нашей с боссом не самой удачной в жизни сделке, виной которой отчасти была она сама. Все правильно, босс не имел права рисковать. Один раз Валентину уже чуть не убили, а в другой раз она могла погибнуть точно.

Провалявшись в постели до обеда и так и не заснув как следует, я встала, сделала зарядку, приняла холодный душ, позавтракала, убрала волосы под темный парик, надела на голое тело обтягивающие брюки из шелка, легкомысленную майку, темные очки и отправилась очищать свою совесть. Для начала взяла такси, съездила в Кунцево и забрала наш джип, который сиротливо стоял на том же месте, где я его оставила два дня назад. Странно, но в него даже никто не забрался, хотя двери были не заперты, а ключи торчали в замке зажигания. Может, потому что место здесь было безлюдное? Как бы то ни было, я села в него и поехала на Охотный ряд, к зданию бывшего Госплана, а ныне Государственной Думы. Зачем я туда ехала, мне самой было неизвестно. Знала лишь, что, пока Петков не будет наказан, заснуть я не смогу. В мозгу вместе с кровью стучала лишь одна мысль: Светлана с Петром должны быть отомщены. И при этом больше никто не должен пострадать, кроме, разумеется, главного виновника всех бед — самого Петкова.

Припарковав машину на стоянке напротив центрального входа, я зашла в бюро пропусков, не обращая внимания на пялившихся на меня мужчин, нашла в справочнике телефон отдела кадров и набрала номер.

— Здравствуйте, я пришла устраиваться на работу, — говорю. — Как бы мне к вам пройти?

— А вы договаривались? — спросил вежливый молодой мужской голос.

— Вот, договариваюсь.

— Извините, у нас так не делается. Вы откуда звоните?

— Из бюро пропусков. Может, вы выйдете сюда, и мы сразу договоримся. Я знаю три языка, машинопись, стенографию, бухгалтерию и восточные единоборства.

— Единоборства? — с интересом спросил клерк. — И какие же?

— Все, — серьезно ответила я.

— Очень смешно! — рассмеялся он. — Нет, извините, но ничем помочь не могу. До свидания…

— Минуточку, я еще самого главного не сказала.

— Слушаю.

— Я очень красивая женщина. Не верите — выйдите и сами посмотрите.

Он помолчал, что-то обдумывая, потом нехотя проговорил:

— Ну хорошо, я сейчас спущусь. Как мне вас узнать?

— Не волнуйтесь, мимо не пройдете.

Через пять минут в небольшое помещение бюро пропусков вошел интеллигентного вида молодой человек в черных брюках и белой рубашке с галстуком. В руках он держал синюю папку с завязанными бантиком тесемками. Поискав кого-то глазами, он застыл на месте, увидев меня, стоящую у стены под жадными взглядами присутствующих мужчин. Парень даже слегка покраснел, смутился и несмело направился в мою сторону.

— Здравствуйте, это вы только что звонили в отдел кадров? — сипло спросил он и прокашлялся.

— Да, — я мило улыбнулась. — А вы ничего.

— Вы тоже, — он с трудом отвел взгляд от просвечивающейся на моей груди майки и сглотнул. — Значит, хотите у нас работать?

— Хочу.

— Резюме у вас с собой?

— Нет. Но напечатать не долго.

— Есть какой-нибудь документ, чтобы выписать пропуск?

Я сунула ему фальшивое удостоверение сотрудницы аналитического центра, и через десять минут мы уже входили в здание. Парень держался очень скованно, даже немного виновато, почти ничего не говорил, только краснел при каждом моем слове и отводил глаза. В принципе, мне он больше был не нужен.

— Извините, где тут у вас туалетная комната? — спросила я, когда мы подошли к лифтам.

— В том конце коридора, — он кивнул вправо.

— Вы не подождете меня? Я быстро…

— Конечно, о чем разговор.