Читаем Одиссея полностью

АХИЛЛЕС (Ахилл) — сын Пелея и морской нимфы Фетиды, величайший из ахейских героев, сражавшихся под Троей. Во время действия “Одиссеи” его тень давно находится в царстве мертвых, причем, повествуя о его гибели, автор расходится с версией, изложенной в “Илиаде”. Там сам А. знает, что ему суждена смерть от стрелы Аполлона (XXI. 278); вещий конь Ксанф пророчит ему гибель от бога и мужа (XIX, 417), и Гектор уточняет это пророчество: А. погибнет от рук Александра и Аполлона у Скейских ворот Трои (XXII. 359 сл.). Версия эта стала определяющей в последующей литературной традиции: в “Эфиопиде”, у Аполлодора (Эп. V. 3), Гигина (№ 107), Квинта Смирнского (III. 21-185), Ватиканского мифографа (I. 36; И. 38). Обычно еще указывалось, что выстрел был направлен в единственное уязвимое место в теле А. — в пяту, которая одна осталась не закаленной, когда Фетида купала новорожденного А. в водах адской реки Стикс. Гомер, избегающий в “Илиаде” всего чудесного, отказывается от этой подробности, а автор “Одиссеи” опускает также соучастие бога: А. погибает в сражении, разгорается бой за его тело, которое ахейцы в конце концов отбивают, уносят в лагерь и устраивают там торжественное погребение. Ему предшествует оплакивание умершего Фетидой и ее сестрами-нереидами, а затем следуют погребальные игры у могилы, в которой похоронен его прах (24. 35-94; см. впоследствии со множеством подробностей — у Квинта Смирнского, III. 525-787; IV. 88-595, и у Диктиса, IV. 13 и 15). Соответственно, нет и речи о перенесении А. на Елисейские поля, — этот вариант появляется, по-видимому, впервые только у лирических поэтов 6-5 вв.: Ивика и Симонида. Автор “Одиссеи”, хоть и знает о существовании Елисейских полей (см. примеч. к 4. 561), никак не связывает с ними посмертную долю. Α.: тело его предается сожжению, а призрак покоится в Аиде (11. 467-540).[1780]

Наконец, в “Одиссее” содержится еще воспоминание о походах на соседние с Троей города и острова, которые греки совершали под предводительством А. (3. 105 сл.). Этой темы автор касается очень кратко, так как она была известна слушателям по многочисленным возвращениям к ней в “Илиаде” (I. 163-168; II. 690-693; VI. 396 сл., 414-416; IX; 128-130, 328-334; XIX. 291-294; XX. 90-92, 187-194). Ср.: Аполлодор. Эп. III. 33; Диктис. И. 16 сл. Нет ничего в “Одиссее” и о подвигах, совершенных А. в промежутке между убийством Гектора и его собственной смертью: победах над предводительницей амазонок Пенфесилеей и вождем эфиопов Мемноном, о чем повествовалось в “Эфиопиде”. См.: Аполлодор. Эп. V. 1,3; Квинт Смирнский. I. 508-674; II. 388-548; Диктис. IV. 2-8.

АЯКС. Под этим именем в эпосе известны два героя, появление которых объясняется, вероятно, раздвоением некогда единого образа.

1. А. — сын саламинского царя Теламона, храбрейший после Ахилла герой в ахейском войске. В “Илиаде” он принимает участие в самых ответственных сражениях (битва у кораблей, XV. 414-563; бой за тело Патрокла, XVII. 115-139, 746-753), не боясь вступить в единоборство с самим Гектором (VII. 181-305). Поручается ему как двоюродному брату Ахилла и такая деликатная миссия, как посольство к гневающемуся герою (кн. IX). Никаких намеков на судьбу, ожидающую его в будущем, в “Илиаде” нет. В “Одиссее” ее герой встречает в подземном царстве тень Α., который, в отличие от всех других умерших, не изъявляет желания вступить с ним в беседу (11. 543 сл., 563 сл.). Причина этого, которая в “Одиссее” излагается очень коротко (И. 546-548), была известна слушателям по сказанию, обработанному впоследствии в киклическом эпосе. Поэма “Эфиопида” повествовала о споре, разгоревшемся между А. и Одисеем за доспехи погибшего Ахилла. В качестве судей Агамемнон, не желавший брать на себя ответственность за решение, привлек троянских пленников, которые присудили оружие павшего героя Одиссею. Уязвленный этим приговором, А. покончил с собой. “Малая Илиада” добавляла к этому новый мотив: впав в безумие, А. перебил принадлежавшие войску стада, приняв их за своих обидчиков — ахейских полководцев, и уже затем наложил на себя руки. Этот вариант лег в основу трагедии Софокла “Α.”: осознав, что нападением на стада он навлек на себя осмеяние, несовместимое с достоинством и славой отважного героя, А. обрекает себя на смерть. Спору за оружие Ахилла посвятил большой раздел Овидий в “Метаморфозах” (XII. 620-628; XIII. 1-398) и еще более обширное повествование — Квинт Смирнский (V. 128^486); у обоих авторов спорящие герои состязаются в речах, выдержанных по всем правилам риторики. См. также у Аполлодора (Эп. V. 6 сл.) и Гигина, № 107.