Читаем Одиннадцать сердец полностью

— Это моя работа. Думаешь, я сначала научился ходить, потом говорить, а затем решил «А почему бы мне не стать убийцей?». Но такое уж я выбрал ремесло. И я ждал, что рано или поздно столкнусь лицом к лицу с кем-то, кого я лишил брата. И я знаю, что любые мои слова не способны утешить кого-либо. Мне проще вынести боль и унижение, но никто из вас не добьется того, что я действительно пожалею о содеянном.

Оба древних молчали. Затем темноволосый протянул:

— Нет, Ходжекус, он какой-то жесткий тип.

— Заткнись Мортикус, — бросил рыжий, а затем толкнул Ануира в бок. — А ты иди, куда собирался. Или будем весь день здесь стоять? Тут ветрено.

Население древних относилось к нему ожидаемо. Ануир еще немного осмотрел окрестности, поглядел на яблони, и повернул назад в свои «покои». Нужно было выработать какой-то план. Он не собирается добровольно оставаться тут. Необходимо вытащить как можно больше сведений из этого Хеленикуса, а затем сбежать и вернуться к Аквилегии. Только об этой странной девочке лучше ни слова не говорить.

Вечером он ждал прихода вождя, но никто к нему так и не пришел. После заката солнца Ануир сам покинул покои и обратился к женщине древней у дверей (уже произошла смена караула), придет ли шаман к нему сегодня.

— Он слишком занят, — коротко сказала древняя. Ануир удивился. Занят? Вроде бы они были очень сильно озабочены тем, что нужно срочно спасать мир от ужасной злодейки Аквилегии. И, если он правильно понял, Ануир был последним недостающим звеном. Разве Хеленикус не должен сейчас ходить вокруг него и пытаться войти к нему в доверие?

— Проводите меня к нему, — решил Ануир.

Хеленикус находился в главном зале, высеченном в гигантском дереве. Он обсуждал с тенями план проникновения в столицу, в банк, и совершение дерзкого уничтожения древней реликвии. Ануир и не ожидал, что так удачно зайдет на этот стратегический совет. Это как раз то, что нужно, чтобы выведать все их планы.

Конечно, советники тут же умолкли, как увидели Ануира на пороге. Наемник же в наглую разглядывал их. Итак, тут были сам Хеленикус, те самые Айрин и Эшер, кареглазая красноречивая древняя, которая вела с ним столь увлекательный диалог в саду. Остальных он не знал. Высокий синеглазый брюнет с шрамом над правой бровью, девушка с необычайно бледной кожей, белыми волосами и красными глазами. А выше всех молодой мужчина, который мог быть никем иным, как полувеликаном. Еще более интересной компанию делала высокая девушка с перьями в волосах и гладко бритый мужчина средних лет, вокруг запястий которого росли странные обрубки, напоминающие крылья. «Полукровки!» — догадался Ануир. Ну, и дополняла это собрание гарпия. Или гарпий? Мужчина, у которого вместо рук были крылья цвета темного серебра.

— Ануир, не ждал тебя в этот час, — нарушил воцарившуюся тишину Хеленикус. И тут Ануир заметил, как загорелись алым глаза древней-альбиноса.

Она резко поднялась из-за стола, двинулась навстречу к наемнику, вытаскивая на ходу кинжал с пояса. Толика мгновения — и кинжал полетел в его сторону. Кажется, Ануир заметил это первым, и вовремя ушел от удара. Нож пролетел, едва коснувшись его волос, и застрял в дубовой двери за спиной.

И тут все в комнате пришло в движение. Двое сопровождающих Ануира постарались вытолкать Ануира за дверь. Дизгария и Риливикус схватили красноглазую и попытались остановить от дальнейших опрометчивых действий. Хеленикус быстро вышел вперед.

— Риваленрия! — голос Хеленикуса звучал громко, строго и заставил всех замереть. — Остановись!

— Вы разочаровали меня, Хеленикус! — крикнула Ривален, пытаясь освободиться из хватки древних. — Я всегда уважала вас, но этого я не могу понять! Мой брат отдал жизнь, умер от рук этого… этого монстра, а вы позволяете убийце ходить по нашей земле! Есть нашу еду.

— Ривален, ты должна понимать, это ради мира, — прошипела Дизария, с трудом удерживая соплеменницу.

— Этому миру плевать на нас! Как вы не понимаете? Нам эти люди никогда не делали ничего, кроме зла. Почему мы должны рисковать своими жизнями ради них? Почему!

Она кричала и извивалась, а Ануир, замерев, смотрел на нее. В алых глазах отражалась ярость и слезы. Он почувствовал, как что-то кольнуло его сердце. Вот оно… Вот теперь он действительно встретил того, кого лишил дорого и родного человека. И понял, что сказанные днем Ходжекусу слова вряд ли сможет повторить этой девушке.

— Пожалуйста, Риваленрия, — вождь подошел к ней ближе и протянул руку. Ревален отвернулась от него. — Утрата твоего брата ужасна, и за него не будет ему прощения. Но он нужен нам. И угроза не только для людей. Она для всех нас.

— Это неправильно. Неужели в целом мире не найдется другого полукровки? — Ревален оттолкнула Риливикуса. — В одном ты не сможешь мне отказать, Хеленикус. Позволь мне вызвать его на дуэль. Я должна отомстить за брата. Это мой долг перед ним.

— Да как ты не понимаешь, глупая! — Риливикус крикнул на Ревален, и шепнул ей в ухо. — Успеешь еще отомстить. Его кровь нужна нам сейчас. А потом делай что хочешь.