Читаем Один в поле... полностью

Видимо они прятались на крыльце, под навесом. Вот я их сразу и не увидел. Старые знакомцы. Мик и Самурай. На ноги я-то подняться сумел, а вот вскинуть ружье к плечу никак не успевал. И, потому — выстрелил навскидку. От бедра! Как это любят показывать в кино. Хотя о прицельной стрельбе из такого положения говорить не приходится. Но тут-то бегущий первым Мик был уже от меня на расстоянии всего одного метра! Выстрел получился буквально в упор. Его буквально отбросило. Но, не как кино с полетом на десятки метров, а просто резко опрокинуло его навзничь.

Сам же я на ногах после выстрела устоял, но только по той причине, что ружье я толком и не держал. Много ли одной рукой наудержишь-то? И от выстрела, его отдачей унесло куда-то мне за спину, ободрав кожу с указательного пальца, продетую в скобу у спускового крючка. Как не выломало его только? Хотя, судя по боли — вполне может быть и перелом.

Но прочувствовать всю гамму боли мне толком и не дали. Следом за Миком передо мной вырос Ленька-Самурай. И он уже замахивается своей саблей. А мне даже встретить его нечем! Ружье улетело, левая рука почти не шевелится, правая — тоже не в порядке. А думать некогда! Его меч уже начинает свой полет в мою сторону.

Чисто инстинктивно я вскинул непослушную левую руку, подставляя ее под удар. В принципе, будь я здоров — вполне мог бы и отбить этот удар. Ведь именно там на предплечье у меня закреплен нож в ножнах! Но в тот момент, я ни о чём таком и не думал. Инстинкт. Гольный инстинкт заставил меня закрываться от удара. Вот только рук, а которой я закрывался, едва меня слушалась.

Ну что сказать? В какой-то мере то, что я прикрылся — меня и спасло. Хотя удар меча и отбросил руку в сторону, но часть силы удара она, все же, погасила. Сказалось так же и то, что пацаненок был младше меня, да и сам он тоже был не в лучшей форме. Левая рука вон на перевязи на груди висит. Так что бил он только одной правой. Если б как положено самураям — бил двумя, меня бы уже ничто не спасло. Помогло так же и то, что я, закрываясь, одновременно пытался уклониться, откидываясь назад… Это тоже ослабило удар. Но он, все же, меня достал.

Удар пришелся по левой стороне лица. Он был не такой уж и сильный. Если пуля, попавшая мне в плечо, вызвала у меня ассоциацию с ударом молотком, то тут, скорее, словно кипятком в лицо плеснули. «Только бы глаз уцелел!» — успел подумал я, ощущая как мой маневр уклонения превращается в неконтролируемое падение. Грохнулся на спину я знатно. Аж дух вышибло. А Самурай тут как тут. Вновь замахивается своей оглоблей…

И тут своей правой рукой я наконец-то сумел выковырять из кармана травмат. Вскидываю его навстречу мальчишке и с оттопыренным в сторону покалеченным указательным пальцем на спуск нажимаю средним.

Бамц. Бамц. Бамц…

Звонко захлопал травмат. На этот раз, я не старался попадать по телу, как в прошлую нашу встречу, чтоб минимизировать ущерб. Нет, я стрелял именно в лицо своему противнику. И попадал! С каким-то жалким всхлипом он роняет свою саблю и зажимает кровоточащее лицо. Я же, резко оттолкнувшись, перекатился через больную левую руку (в глазах аж потемнело от боли. Всегда считал это устоявшимся литературным штампом, ан нет. реально темнеет в глазах) в сторону. Расстрелял всю обойму, заставив Самурая съежиться от многочисленных попаданий. Со второй попытки сумел встать на ноги. Потянул из ножен на запястье свой нож…

Самурай, видимо, что-то такое почувствовал. Потому что, оторвав пуки от лица (Господи, сколько крови-то! Впрочем, с меня тоже льет как из барана. Куртка на груди уже вся в крови. С лица набежало.) нашел взглядом меня и потянулся рукой ко второму мечу, торчащему у него из-за плеча. А вот этого не надо! Забудь! Я резко шагнул к нему, сжимая нож в руке…

Следующие несколько минут напрочь выпали у меня из памяти. Очнулся я только от особо громкого крика из-за запертой двери. Глянул на «Самурая». Лежит не шевелится. Ножом исколот весь. Похоже, у меня была форменная истерика. Ничего не помню. Нож так и торчит у него из бока. Хотел вытащить, но новый крик из дома заставил меня подняться и ковылять к двери.

Эти несколько шагов дались мне неожиданно тяжело. Сил не было совсем. Меня мотало из стороны в сторону. Кое-как, держась за стену, добрался до двери. Что тут? Замок? Вон из петель! Тяну за ручку. Дверь наконец-то распахивается.

Дикий визг чуть не сбивает меня с ног. Блин, чего орать-то? Ну да — весь в крови с ног до головы, но визжать-то чего?

— Это я… - с трудом произношу короткую фразу. На лице точно рассечены какие-то мышцы. Как-то странно реагируют на движение челюсти. — На выход!