Конотопский Мыкола

Один на льдине

Мыкола Конотопский

Один на льдине

Книга эта посвящается маме

Александре Михайловне

Михалевой (Хорошко)

От редакции

Книга эта написана бывшим "фармазонщиком", который четверть своей жизни провел в системе исправительных трудовых лагерей, в следственных и пересылочных тюрьмах.

Некоторые из операций, проведенных им под прикрытием милицейских документов на имя вымышленного капитана Аристова, вошли в учебные пособия по изучению криминалистики. В свое время они широко освещались украинской и российской прессой.

Одаренный паренек из простой украинской семьи, он мог бы стать руководителем крупного производства, артистом, незаурядным военным. Но человеческая душа беззащитна перед злом. И юноша с обостренным чувством справедливости и остро чувствующий циничную двойственность общественной морали, скорее невольно, чем умышленно, избрал иной жизненный путь, о котором он и рассказывает в своей книге - исповеди.

Он был талантливым и артистичным мошенником. И это, разумеется, не пример для подражания. Так ведь не умирает поговорка, гласящая: от тюрьмы да от сумы - не зарекайся. Нынче он - преуспевающий бизнесмен, однако о начале бизнеса в современной России он пишет следующую книгу.

Автор во многом противоречив, расценивая свою деятельность и ее мотивы. Личные обиды в его сознании, зачастую затмевают искреннее желание отнестись ко всему происшедшему с ним объективно. Но возможно ли требование объективности от самого себя? Дорого само желание покаяния и раскаяния. Ценен сам человеческий опыт осмысления собственного жребия. И не случайно автор так часто предостерегает молодых от детских и дерзких попыток обмануть Систему.

В наше время, переполненное глобальной ложью и невиданным в истории ограблением народов бывшей Российской империи, автор этой книги выглядит романтической личностью, сполна оплатившей свои заблуждения и осудившей их.

Он говорит:

"Заключение - это долгая разлука человека с собственной душой. Она, как осиротевшее дитя, оставленное тобою на воле. И, похоже, что, не написав этой книги, я до конца своих дней не смогу с ней воссоединиться. Она уже никогда не вернется ко мне, если я не напишу этой книги... Таковы мы, люди, что слезно просим у Бога прощения, а потом отвернем Боженьку ликом к стенке: не мешай нам, Боженька, грешить".

Как верно это сказано обо всех нас!

Редакция считает, что самое ценное в этой рукописи не столько само описание криминальных акций, сколько жизнь сокровенного, внутреннего человека, который жил и живет в Мыколе Конотопском, или капитане Аристове, или Коле Шмайсе.

Его масть - "один на льдине".Это не "воровская" масть. Ею определяется человек, не зависящий ни от кого на зоне и в "обычной" жизни и не держущий в зависимости никого. Сам по себе. А это совсем не просто.

Согласитесь, что в нашей мемуарной литературе еще не было ничего подобного. Что это за тип - "один на льдине" - читатель узнает, ознакомившись с книгой.

Перед читателем - жизнь талантливого, предприимчивого и жизнестойкого человека из самых народных глубин. Без преувеличения, книга эта - история российского Рокамболя, рассказанная им самим.

Глава первая. Конотоп

1

Мне хочется, чтобы читатель понял, откуда у моей судьбы ноги растут. А это невозможно, если я не расскажу о своем Конотопе, который предъявил себя мне, ребенку, как целый мир - огромный и колдовской. Можно забыть какие-то подробности, но сумма детских ощущений определяет всю дальнейшую жизнь. Верно сказано, что все мы родом из детства. Городской житель, проведший детство в пустыне - любит пустыню и движение барханов, что трудно понять человеку, родившемуся в лесу. Повторяю: я люблю Конотоп.

Человек не рождается мошенником.

И не место рождения делает его таковым. Я думаю, что по психотипу я артист или художник. Фантазер, как сказала бы мама. Но случилось так, что я стал аферистом и мошенником. И вот людей с такой амплитудой колебаний, мне кажется, дают маленькие городки, где почти все друг друга знают хотя бы в лицо и где ты знаешь каждую подворотню и злую собаку, знаешь и то, какие цветы у тетки Одарки в палисаднике, а какие огурцы у дядьки Григория в огороде. Там, и проказничая, нужно быть артистом.

Конотоп для меня - это гармоничный мир, понятный до сокровенных глубин, несмотря на мистическую дымку, которой окутано его прошлое.

2

Все имеет свое начало.