Читаем Одержимый (сборник) полностью

Он слушал, как она собирает вещи. Из ванной донесся стук ее каблуков. Она складывала в сумку косметику от Луи Вуиттона, которую Джо подарил ей на Рождество. Разве он мог тогда подумать, что Энн будет упаковывать ее, уходя из дома?..

Вскоре Энн вышла из спальни, сгибаясь под тяжестью двух чемоданов и сумки.

— Я вызвала такси. Должно быть, оно уже внизу.

Энн остановилась и посмотрела на Джо. Хоть он не сказал ни слова, в глазах его была мольба.

Она подошла к выходу, поставила один из чемоданов на пол и открыла дверь. Он смотрел на нее в оцепененье. Затем она подняла чемодан с пола и вышла. Мгновением позже дверь захлопнулась.

Джо подскочил к окну как раз вовремя. На кольцевую дорожку поворачивало такси. Водитель вышел и помог Энн погрузить чемоданы.

— Она уехала, — повторял Джо снова и снова, прерывающимся от слез голосом. — Она уехала... Она уехала... Она уехала...

Слова звучали монотонно, как молитва, а Джо кругами ходил по кухне. Он достал с полки большой разделочный нож и пошел с ним в спальню. Сел на кровать и приставил нож к животу.

— Она ушла, и я не хочу жить без нее.

Наступила темнота. Джо так и сидел на кровати с ножом, приставленным к животу. Глаза щипало. Горло саднило.

Джо положил нож на пол и подошел к окну.

Небо прояснилось. Над озером поднялась огромная луна, оранжевая, как листва осенью. Ее лучи отражались в темной вспененной воде.

Раздевшись, Джо направился в душ. Действовал он как автомат, не знающий, что и зачем он делает.

После душа Джо оделся во все темное: черные джинсы «Ливайс», темно-серый свитер, черные ботинки. Он помнил, что где-то была его черная кожаная куртка.

Куда Энн подевала ее?

Из-под двери пробивался теплый желтый свет.

Джо сидел в темной гостиной, не в силах открыть дверь. Сидел в кресле-качалке из гнутого дерева, где около трех часов назад сидела Энн. Тогда он вернулся от Пэт Янг...

Это накатывает тогда, когда я чувствую себя беззащитным, думал Джо. Но я не могу... Я непременно потеряю Энн, если сделаю это снова... и на сей раз меня могут поймать...

Мысли уходили и возвращались, словно двигались по кругу. Сейчас самое время совершить это — Энн отправилась к матери на неопределенный срок. У нее не будет никаких подозрений. Совершить еще одно, последнее убийство... Сделать то, что хочется. Устранить все препятствия. Отбросить всякую осторожность. Спеть свою лебединую песню. Удовлетвориться настолько, чтобы никогда больше этого не захотелось. И тогда можно будет вернуться к Энн выздоровевшим. Можно будет начать новую жизнь. Хорошо бы поехать вместе в Нью-Йорк, там всегда много работы... А воспоминания пусть останутся в прошлом и не тянут назад...

Джо посмотрел на дверь. Пэт Янг уже знает, кто ты и где живешь. Она сказала, что об этом знает еще кто-то. Повторить это — значит поставить себя под удар. Тебя могут поймать. Ты можешь оставить гораздо больше улик, чем есть на сегодняшний день. И если произойдет осечка, неужели ты думаешь, что Энн будет возиться с тобой, навещать тебя в тюрьме?

Но Энн не узнает. Как она сможет? И тебя не поймают. Ты слишком умный для этого, Джо. До сих пор ведь тебя еще не поймали... В самом деле, нет. И с каждым убийством ты становишься все опытнее. Кроме того, тебе это просто необходимо. Ты прекрасно знаешь, как хорошо тебе будет после этого.

Легкая улыбка играла в уголках губ Джо.

Действительно, хорошо... это бесподобно... Помнишь Мэгги? Помнишь других? Помнишь, что ты испытывал? Ничто не сравнится с этим, даже любовь Энн. Ты вспомни, как прибывали силы после этого.

Помни об этом. Помни о молодой плоти тех девушек, об их теплой крови, помни то ощущение, когда она вливается тебе в рот...

Пенис Джо начал твердеть и рваться вверх, тараня брюки.

Он встал.

Подошел к двери и открыл ее.

Да, да, так будет лучше...

Лифт, распахнув двери, услужливо ждал его в конце коридора.

Тэмми Стоун замерзла. Три недели назад она сбежала из дома, но теперь сомневалась в правильности своего поступка. Конечно, отчим пытался приставать к ней, но зато дома у нее была теплая постель. Дома она ела три раза в день, выбирая то, что ей нравилось. И, наконец, в Лафайетте, штат Индиана, когда дела ее заходили в тупик, она могла обратиться к Шелли Перкинс.

Тэмми сжалась в комок на одной из скамеек парка. Это, должно быть, парк Линкольна — ведь она проходила мимо вывески линкольнского зоопарка.

Ее шерстяное пальто оказалось неподходящим для чикагских ветров, пронизывающих ее насквозь. Тэмми подумала, хорошо бы встать и подвигаться, чтобы согреться. Но она безумно устала.

Все складывалось совсем не так, как она себе представляла, когда однажды ночью ушла из дома, дождавшись, когда мать с отчимом лягут спать. Она надеялась, что в Чикаго тут же найдет себе работу фотомодели. Хотя ей было всего четырнадцать, все говорили, что она выглядит старше. Многие считали, что она очень похожа на Брук Шилдз. Перед Тэмми стояла одна задача: найти в Чикаго подходящее агентство.