– Граф Лекант, позвольте сказать, что бочки с воском прибудут сегодня в полдень. Я уже распорядился, чтобы их сейчас же по прибытии прикатили в северный зал: там воск остынет от летнего тепла, и после можно будет переместить бочки сюда.

– Отлично, Пэнт. Хорошая работа. Ступай. Мне нужно побыть одному.

– Да, граф.

Пэнт удалился. Он знал наверняка, куда пойдет граф, и где он будет находиться до самого полудня. Пэнт очень хорошо знал своего хозяина.

Граф Лекант не стал подолгу смотреть на труп своей скоропостижной любовницы, засоленный в ванне, и сожалеть о том, что натворил. Граф ни о чем не сожалел. Только одно чувство мучило его грудь – чувство опустошенности, которое прекратится только тогда, когда граф начнет свою работу. Чтобы немного утешить себя, граф отправился в зал восковых фигур, что находился в северной части замка. В это просторное помещение никогда не попадало солнце, что позволяло чудесным творениям оставаться в целости и сохранности.

Граф медленно шел среди фигур прекрасных девушек, расставленных по периметру зала на небольших мраморных платформах. То и дело он останавливался перед каждой, наблюдал некоторое время, вспоминая, кто перед ним и как давно покинула его сердце, и продвигался далее. Вот белокурая и светлоглазая Жизель, в зеленом платье, в руках у нее – свежие цветы; вот темноволосая и кареглазая Лейла с небольшой горбинкой на носу и веснушками под глазами, как всегда задумчивая и неподвижная…

Он душил их именно потому, что иной способ убийства был бы слишком долгим (например, отравление) или повредил бы тела (например, избиение или применение ножа); ни то, ни другое было нежелательно. В особенности – второе, ведь чтобы воссоздать точный образ девушки из воска, нужно иметь либо великолепную память, либо прототип перед глазами. Граф предпочитал второе.

Всех этих девушек он когда-то любил… Любил и убивал, чтобы возвести свою любовь в абсолют и избавить душу от страданий. Здесь и сейчас, среди прекрасных фигур, ему не было так одиноко и неуютно, как обычно в пустом и тихом замке. Никто из них не покинет его, и он продолжает любить их еще больше, зная, что они умерщвлены и увековечены в воске, и почти как живые стоят сейчас перед ним. И юной Белле, прелестнице Белле, тоже было суждено умереть в этих стенах, чтобы застыть в мире восковых фигур, ведь он любил ее всем сердцем и готов поклясться в этом перед богом. Застыть, чтобы стать еще одним воспоминанием графа Летара Леканта, который будет до конца своих дней служить им верным стражем и пополнять свою коллекцию.

ИНКВИЗИТОР

В одном средневековом государстве под названием Регин правил король по имени Бертран Великий. И вот, пришло время, когда в его владениях появились странствующие провидцы. По всей стране ходили вести о том, что среди них есть женщина, которая умеет видеть недоступное обычному человеку. И пожелал Бертран Великий узнать свое будущее, и повелел стражникам своим найти странствующих волхвов и привести к королевскому трону.

И вот, на следующий день воины короля привели ко двору провидцев, и пошли к королю, и доложили ему о том. Король же, подумав немного, приказал вести к нему ту женщину, имя которой Каина. И привели ее, и махнул Бертран перстами, и оставили их вдвоем в огромном королевском зале, усыпанном золотом и шелками.

– Что хочешь ты от меня, человек? – спросила короля эта женщина.

– Хочу знать будущее свое, – ответил Бертран.

– Дабы узнать его, должен ты спуститься со своего высокого трона ко мне, и дать руку мне, и закрыв глаза, другую положить на сердце.

И сделал все король, как сказала ему Каина, ибо очень велико было в нем желание увидеть запретное и недоступное. Он отдал свою руку в тощие ладони провидицы, закрыл глаза, а другую руку положил на сердце.

– Горька судьба твоя, король, – начала Каина, тоже закрывая глаза. – Была горька с детства, а сейчас – еще хуже. Покинет скоро жизнь тебя, король. Ошибку ты допустил сегодня.

Король, испугавшись этих слов, отдернул руку от сухой старухи-провидицы и воскликнул:

– Что знаешь ты, старая? Не верю я тебе!

– Чем вызвала я гнев твой, о Бертран Великий, владелец мира всего? Или в чем-то я солгала – так нет, или в чем-то ослушалась твоей же воли – тоже нет. Усмири свою злобу и дослушай меня, ибо тот, кому предназначается увидеть свое будущее, должен смотреть не в замочную скважину, а в большое окно. Ты скоро умрешь – и виной тому будет женщина.

– Никогда! – воскликнул король. – Ужели это будет моя жена?

– Нет, не супруга твоя.

– Кто же?

– Ведьма.

– Где мне ее найти?

– Ты можешь не пытаться, она сама тебя найдет. Я все сказала, король.

– Нет, не все! Повелеваю: расскажи мне больше! Жизнь вашего властелина в опасности, и я приказываю тебе раскрыть, где найти эту женщину, пока не случилось непоправимого.

– Непоправимое уже случилось, мой король. Я вижу только твою линию жизни, а где ее найти и кто она – мне недоступно, – лукавила Каина.