Читаем Одержимость Желтого Тигра полностью

Отпустила прошлое. Чего не смог своевременно сделать Микаэль.

Отпустила себя. Отринула чувство вины. Марк бы мной гордился, ведь сам он решился освободиться от него гораздо позже, чем следовало.

У меня это заняло немало времени, но все же я сумела сделать шаг и двигаться вперед. Позволила себе вновь мечтать и подмечать яркие краски жизни. Смогла подпустить к себе другого человека и испытывать к нему теплые чувства. Пусть моя любовь никогда не будет столь же глубокой, но та часть сердца, что не умерла вместе с уходом Марка и Микаэля, еще способна дарить нежность и старается доказывать это каждый день.

Возложив оставшиеся два цветка на мраморные плиты, я отошла на пару шагов, продолжая смотреть на имя Марка. Я приходила сюда по привычке, на деле же понимала, что в земле их нет. Гробы пусты. Такими и останутся. Я лишь надеялась: где бы они ни были, даже если уже не в этом мире, они есть друг у друга. Братья. Семья. Родная кровь.

Оглядываясь назад, могу сказать, что после пожара долгое время винила себя буквально во всем: из-за меня Микаэль оказался в Штатах, вступил в ряды Драконов. Но позже подумала: быть может, такова и была задумка судьбы? Я привела его… домой?

Улыбка тронула уголки губ. Взглянув последний раз на могилы братьев, я прошептала, прежде чем уйти:

– Где бы вы ни были, даже вопреки судьбе, вы навсегда останетесь в моем сердце.

Наслаждаясь теплом солнечных лучей, я неспешно покинула кладбище и дошла до парка Фокс Хиллс, где меня ждала Мария.

Она сидела на скамье возле детской площадки, наблюдая за игрой малышей. В уголках ее глаз собрались морщинки, тонкие губы сформировали добродушную улыбку. И все же отпечаток лет и потерь оставили свой след на ее лице. Немногие знали, что могилы Марка и Микаэля пусты. Но от Марии я этого скрыть не смогла, видя, как новость лишь добавила ей морщин и тревог.

– Уже вернулись? – мягко улыбнулась она, завидев меня.

Я улыбнулась ей в ответ и встала рядом со скамьей.

– Да. Даже успела немного прогуляться. Он хорошо себя вел? – спросила, обратив взор на бегающих детей.

– Разве бывает иначе? – добродушно усмехнулась Мария. – Он у нас маленький ангелочек.

Высмотрев среди мальчишек темную макушку с растрепанными волосами, окликнула сына:

– Томас!

Когда встал вопрос о выборе имени, я не сомневалась ни секунды. Слишком велика была любовь к отцу, несмотря на все его секреты, перевернувшие мою жизнь с ног на голову.

Услышав свое имя, сын оглянулся и, улыбнувшись во весь рот, помчался ко мне, крича по пути:

– Мама-а!

Я присела, чтобы распахнуть объятия для маленького несущегося на меня урагана. Когда Томас подбежал и обхватил меня за шею, я прижала сына к себе и, как и в каждый подобный раз, ощутила себя цельной. Он спас меня, просто появившись на свет. И продолжал придавать моей жизни смысл.

Мария встала со скамьи и, дождавшись, когда я освобожу из объятий Томаса, погладила его по голове.

– Поедешь с нами? – уточнила у нее, но она отмахнулась, сказав, что наш водитель уже ждет ее возле парка и им еще нужно заехать в несколько магазинов.

Попрощавшись с Марией, я протянула руку Томасу:

– Ну что, теперь домой?

Он кивнул, а следом озадаченно спросил:

– А папа?

– А он… – замешкалась я, переведя взгляд на другой конец дорожки, где заметила знакомую фигуру. Как всегда, вовремя.

Присев перед Томасом, убрала у него с глаз непослушную прядь волос.

– Закрой глаза, – попросила сына. Он послушно сомкнул веки. – Зажмурься крепко-крепко и не открывай, пока не скажу.

Томас зажмурился и для пущей убедительности еще и закрыл глаза ладошками.

Осторожно развернув его за плечи, я шепнула:

– А теперь открывай.

Спустя пару мгновений воздух пронзил звонкий визг:

– Папа! – И мой сын понесся вперед.

– Осторожно, – только и успела я крикнуть ему в спину, отправившись вслед за ним.

На том конце дорожки Дэниел замедлил шаг и присел, чтобы поймать крохотную визжащую молнию. Выпрямившись с Томасом на руках, он слегка подбросил его, затем прижал к себе. Малыш тотчас обхватил шею Дэни и прижался так, будто он самый важный человек в его жизни. Может, так оно и было.

Все это время Дэниел оставался рядом со мной. Когда с Диего было покончено, все внимание Дэни сосредоточилось на моем благополучии. Как и тогда, в шестнадцать лет, после расставания с Марком, я справилась с новой реальностью во многом благодаря поддержке друга.

За компанией и Драконами присматривал Стивен. Дэни он вызывал только по необходимости. Моя действительность держалась лишь на его присутствии и осознании того, что, возможно, ребенок – единственная оставшаяся у меня частичка Марка.

Когда родился Томас, Дэниел и Мария помогали мне буквально всем, чем только могли, поскольку я понятия не имела, как обращаться с младенцем. Учитывая царящий в душе хаос, можно посчитать чудом, что я довольно быстро всему научилась.

Дэниел никогда ничего не просил взамен. Он просто… заботился о нас. Как и всегда.

Я сама сделала первый шаг, разрушив возведенный мною же ранее барьер.

До сих пор помню тот день.