Прямо сейчас, на пороге смерти, меня наконец настигло осознание, что она действительно всегда видела меня насквозь. Я настолько затерялся в прошлом, что не сумел справиться с реальностью. История вошла в прежнее русло. Все те чувства, что я тайно продолжал хранить к Миранде, переложились на Ники. Я запутался… Сбился с пути. Она твердила, что еще не поздно все исправить, но, кажется, сейчас уже даже самопрощение не поможет.

«Прости, Миранда. Ты видела во мне свет, но я так и не сумел его выпустить. И, кажется, чуть не погасил еще один. Не менее яркий, чем твой».

– Что ты там медлишь, Марк?! – взревел Диего. – Разве не желаешь быстрее освободить свою девчонку?

– Ну же, – хриплый шепот сорвался с моих губ, на которых отчетливо чувствовался металлический привкус крови.

Где-то сбоку послышалась какая-то возня и крик Диего, а следом громкое:

– НЕТ! – Голос принадлежал Ники.

– Давай, – последние слова я произнес, встретившись с Марком взглядом, в котором читалась душевная агония, – брат.

Я видел, как он задержал дыхание, приготовившись спустить курок. Чей-то торопливый бег заглушил остальные звуки, даже стук моего собственного сердца, и спустя каких-то пару секунд передо мной возникла спина Николетты. Она закрыла меня собой.

В следующий миг раздался выстрел, и я ощутил, как по моей щеке скатилась слеза.

Глава 30

Две с половиной недели спустя

Николетта Кейн

Лос-Анджелес

– М-м-м, какое же блаженство, – протянула я, откусывая кусочек тоста с арахисовой пастой, ломтиком ветчины и томата сверху.

Мария внимательно наблюдала за моим искренним удовольствием и задумчиво произнесла:

– Как интересно в последнее время изменились ваши вкусовые предпочтения, мисс Кейн.

– Наверное, сказывается то, что я оказалась на волосок от смерти. Переосмысление жизни и все такое, – пробормотал я, доедая свой тост и слизывая с пальцев остатки пасты.

– Опять вы об этом, – проворчала Мария, возвращаясь к монотонному процессу нарезания овощей.

Всем в доме казалось странным, что я шучу и не воспринимаю всерьез произошедшее. Хотя это всего лишь защитная реакция мозга. Мне не хотелось думать, чем все могло бы закончиться там на складе.

Знаю, что сглупила, когда повелась на провокацию Диего и ринулась к нему в одиночку. Но когда прозвучала фраза: «Приезжай одна, иначе твоя подруга умрет», – я запаниковала. Возможно, объясни я все Марку, мы бы придумали план. Но в тот момент я думала лишь о том, что мне нужно вызволить Энн. Любой ценой. К счастью, в итоге с ней все в порядке. Не считая эмоционального потрясения.

Марк до сих пор винит себя в том, что я чуть не пострадала. Когда Диего ослабил хватку, я вспомнила все, чему меня учили Адам с Марком. Врезав подонку под дых, я выбила оружие, а следом, воспользовавшись заминкой, нанесла удар в пах. Грязный прием, однако мне было плевать. Когда я следом бросилась защищать Микаэля, Марку одним только чудом удалось среагировать вовремя и в последний момент чуть сместить руку, чтобы изменить траекторию пули. Она угодила в ящик. Однако пробила выемку не только в дереве, но и в выдержке Марка, а также в упертости Микаэля.

Первый теперь ежедневно просил у меня прощение, а второй… мы наконец-то до него достучались. Возможно, он тоже отчасти винит себя. Но главное – согласился на терапию.

Обращаясь к воспоминаниям, мне кажется, я даже не успела толком испугаться или осознать свои действия и безрассудство. Тогда я руководствовалась одной только мыслью: я не могу позволить им пострадать. Микаэль оступился, но не заслуживал подобного финала. Да и Марк бы никогда не простил себя.

– Доброе утро, – произнес он, заходя на кухню, пока я намазывала себе пастой второй тост.

– Доброе утро, мистер Уоллс, – приветливо ответила ему Мария.

Я же довольно запрокинула голову и чуть выпятила губы. Марк усмехнулся и, подойдя ближе, наклонился, чтобы запечатлеть на них нежный поцелуй.

– С добрым утром, – прошептала ему прямо в губы, как только он слегка отстранился. – Так рано поедешь в офис?

– Нет. Сперва с Адамом наведаемся в пару мест. Проверим информацию по Диего.

Диего в тот день сбежал. Спрятался так, что ни Драконы, ни полиция не могут его отыскать.

– Если соберешься сегодня куда-то, – начал Марк, но я закончила за него:

– Да-да, возьму с собой Рона. – Он настоял, чтобы Рон пока пожил в особняке и сопровождал меня всюду, куда бы я ни отправилась.

– Хорошо. Тогда я пошел.

Пока провожала взглядом его удаляющуюся спину, поняла, что на глаза навернулись слезы. Внутри будто что-то сжалось. Дурное предчувствие подкатывало комом к горлу.

Не знаю, откуда оно взялось, но я сорвалась с места и побежала в холл.

– Марк! – позвала, когда он уже подходил к двери. И как только он обернулся, налетела на него с объятиями.

Марк успел поймать меня и приподнял, позволяя обхватить его бедра ногами.

– Уже соскучилась? – дразняще ухмыльнулся он.