Читаем Одержимость полностью

– Все получилось как-то само собой. В какой-то момент нас потянуло друг к другу. С этим невозможно было бороться… – Некрасов говорил быстро, боясь, что его остановят. Так и случилось.

– Довольно. – Марков подошел к нему. – Проехали. Одна просьба.

– Да, конечно.

– Не приглашайте меня на свадьбу. Это выше моих сил, – сказал и понял, что этой фразой показал все. И то, как он страдает, и то, как сожалеет о случившемся. – Мне нужно время.

– Ты хочешь уехать? – с готовностью откликнулся Егор.

– Да, я возьму отпуск. Покатаюсь на лыжах.

– Начальник тебя может не отпустить.

– Я сумею договориться. Считай, что с завтрашнего дня я в отпуске.

– Мы можем остаться друзьями? – Некрасов протянул ему руку. Он отчаянно нуждался в этом рукопожатии.

– Мы? Это не мы, Егор. Мы гораздо прекраснее.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Будьте счастливы. – Марков пожал руку друга, бывшего друга.

Был у него друг, который его предал. Была у него невеста – она его предала. Была у него мечта – и он все равно воплотит ее в жизнь. Есть женщина в его жизни, которая верит в него и ждет.

Как же нелегко ему будет сознаться матери, что она была права. Леонид наказан за гордыню. Решил, что мать слишком примитивна для того, чтобы разбираться в людях. Думал, что она попросту ревнует. Какое он имел право судить ее? Сначала за то, что терпит пьянчужку-мужа, а потом за то, что не оценила Настю по достоинству. Какой же он дурак!

– Ты прости, мам. – Леонид приехал без звонка. Застал мать за стиркой. Обрадовался, что отца нет дома. Значит, можно поговорить по душам.

– Ты что это? – Она вытерла покрытые воздушной пеной руки о передник.

Натруженные раскрасневшиеся руки матери приковали взгляд Леонида. Он смотрел на ее узловатые пальцы и думал о том, что у Насти никогда не будет таких рук. Вот почему она так вцепилась в Некрасова. У него нет плохой наследственности. У его мамы всегда улыбка на лице.

– Ты была права… Она меня бросила. – Он боялся встретиться с матерью взглядом. Вдруг увидит в ее глазах злорадство. Мол, предупреждала же я тебя. Но вместо этого услышал всхлипывание. Взглянул на мать. Она вытирала слезы негнущимися, распаренными от горячей воды пальцами. Вытирала неловко, резко, словно стесняясь своих слез. – Ты еще не знаешь главного.

– Знаю, – сквозь слезы отозвалась мама. – Она ушла к Егору.

– Что?!

– Я знала, сынок. Только увидела ее и поняла…

– Они скоро поженятся. На днях. Без всяких ожиданий. Распишутся, и станет Настя Воронова Настей Некрасовой. – Голос Леонида надломился и сломался.

– Господи, – запричитала мама, – и почему это случилось с тобой?