Читаем Очевидец полностью

Пока полицейские разговаривают, Харриет готовится к тому, что скажет, когда наступит её очередь. Она должна продемонстрировать уверенность в себе. Когда Маргарета кивает в её сторону, она откладывает телефон, откашливается и рапортует обо всём, что она успела найти о Лауре и Дугласе и о допросе Бритт-Мари. Она лишь вскользь упоминает о встрече с Лией и о том, что неплохо было бы её допросить, но не рассказывает детали. Она не чувствует себя достаточно уверенной, чтобы говорить об этом при всех. Учитывая то, как полицейские её игнорировали, лучше она обсудит это позже с Элиасом. К нему она ощущает наибольшее доверие, и главное, чтобы у него было описание внешности Лии, когда они с Ракель поедут продолжать опрос жителей деревни. Все взгляды обращены на неё, когда она говорит, но впервые с момента прихода сюда она не особенно нервничает. Она знает, что проделала хорошую работу с поиском информации в базах данных. Когда она доходит до медицинского заключения патологоанатома, её неожиданно прерывает Элиас.

– Чёрт, да это же настоящая казнь! Вы вообще врубаетесь?

Все смотрят на него.

– Только психопат может воткнуть кому-то нож в висок. Это же значит, что ты находишься в двадцати сантиметрах от лица жертвы. Чтобы нанести такой удар, надо второй рукой зафиксировать голову жертвы, чтоб не моталась. То есть надо точно понимать, что ты делаешь.

– Что ты хочешь этим сказать? – спрашивает Маргарета.

– Я хочу сказать, что большинство тяжких преступлений не спланированы заранее, а происходят под влиянием наркоты или алкоголя. Если преступление планировалось, то должен быть мотив. Тот, кто это сделал, должен быть психически больным человеком. А наверху знают вообще об этих деталях?

– Знают, что на лицах жертв была клейкая лента и что женщина казнена. И это всё ляжет на нас? Это должно расследоваться полицией всей страны, – говорит Патрик и поворачивается к Маргарете. – Нам нужно подкрепление. Почему нас так мало?

Маргарета обменивается взглядом с Конрадом, прежде чем ответить.

– Ввести в курс дела дополнительных людей тоже занимает время, а нам сейчас нужно сконцентрировать силы на том, чтобы продвинуться как можно дальше в расследовании. – Она делает глубокий вдох. – Мы сосредоточимся на Тони. Его фотографию на паспорт вы можете взять в системе. Элиас и Ракель поедут в машине преследования. Я, Йоран и Патрик возьмём «Ауди», – продолжает она и поворачивается к Харриет.

– Мне нужен анализ данных о Тони, а когда получишь информацию с радиомачты у Хенрикехилла, займёшься телефонными разговорами.

– Конечно, – говорит Харриет. Она уже почти сожалеет о своём недавнем рапорте. Никогда ей не доверят ничего другого, кроме анализа баз данных и информации о телефонных звонках, если она будет делать это чересчур хорошо.

– У меня есть для тебя ещё одно задание, – говорит Маргарета. – Я вчера допрашивала Кеннета Йонссона. Он видел, как некая персона в зелёных брюках залезала в окно усадьбы Сундгудсет в пятницу вечером, довольно поздно. Интересное свидетельство, но допрашивать его тяжело. Если оценивать его уровень умственного развития, то он обладает, скажем так, рудиментарными способностями. Мы записали допрос на видео. Если у тебя сегодня возникнет «окно», то я хочу, чтобы ты сделала расшифровку допроса. Я положила флешку на твой письменный стол. Я хочу, чтоб запись была в формате диалога, а не только ответов допрашиваемого.

Харриет вздыхает, хотя то, что Кеннет сказал на допросе, звучит в высшей степени интересно. Какой идиотизм – тратить её время на расшифровки допросов. В Стокгольме они обычно отправляли видеофайлы и получали обратно текст буквально через несколько часов. Оформлять допрос в виде диалога – значит, записывать каждое слово, которое было произнесено, значит, потратить на это полдня, и Маргарета это знает.

– Ты уверена, что не относишься к штату администрации? – шепчет ей Патрик вполголоса, наклоняясь поближе к вырезу её блузки.

– По соображениям безопасности лучше всего тебе остаться в помещении участка, Харриет. – Маргарета сжала губы так, что вокруг рта отчётливо прорезались морщины-паутинки.

Конрад смотрит не неё с недоумением.

– Харриет не полицейский, она не имеет права носить оружие. Я считаю неподходящим для неё быть с нами именно сейчас в связи с обыском или с задержанием. Тони может применить насилие. Способ убийства Лауры указывает на то, что мы имеем дело с психопатом, как верно отметил Элиас, – говорит она. – Если Тони подозревается в преступлении, то мы должны быть готовы ко всему.

– Это ты тут отвечаешь за кадры, а не я, – говорит Конрад, слегка улыбаясь и поправляя пиджак в клетку «пепита».

– Ладно, тогда за дело, – заканчивает дискуссию Маргарета.

Харриет смотрит в стол. Булочки так никто и не тронул, кусок сыра и солидная масляная клякса остались там, где сидела Ракель. Маргарета, Йоран и Конрад продолжают говорить, пока их голоса не затихают в конце коридора за захлопнувшейся дверью. Патрик, смеясь, выходит из комнаты.