И все же, вероятно, втайне он надеялся увидеть нечто более близкое к его собственному понятию о женской привлекательности. Невольно ему приходило в голову ставшее крылатым выражение некоего автора: «Красота и несчастье». И поэтому Пуаро был разочарован, когда увидел посетительницу, вошедшую в сопровождении Джорджа. Он даже покачал головой и вздохнул. Нет, он не заметил красоты. Да и признаков отчаяния тоже не было видно. Растерянность — вот что выражало ее лицо.

— Фи! — с негодованием подумал Пуаро.— Эти современные девицы! Они даже не стараются сделать из себя нечто удобоваримое... Если бы это существо искусно подкрасилось, со вкусом оделось, сходило бы в парикмахерскую, возможно, оно бы имело вид. Но нет же!

Девушке было лет двадцать с небольшим, на ее плечи падали прямые нечесаные волосы какого-то неопределенного цвета. Зеленовато-голубые глаза, в общем-то большие и хорошей формы, имели удивительно телячье выражение. Надето на ней было именно то, что некоторые молодые люди ее возраста считали верхом изящества: высокие черные сапожки; белые, ручной выделки, гольфы; не первой свежести юбчонка выше колен и совершенно бесформенный толстенный свитер. Люди поколения Пуаро при виде такой красотки испытывали одинаковое желание — поскорее сунуть ее в ванну. Он сам частенько думал о том же самом, гуляя по улице. В городе были сотни девушек, выглядевших точно так же, как эта. Они все казались грязными. А вот эта, как ни странно, производила обратное впечатление: как будто ее недавно вытащили из реки, в которой она не потонула, потому что ее там полоскали. Эти девушки, подумал Пуаро, в действительности вовсе не были грязными, просто они приложили массу стараний, затратили кучу денег, чтобы казаться такими.

Со свойственной ему вежливостью Пуаро поднялся ей навстречу, пожал руку и придвинул стул.

— Вы хотели меня видеть, мадемуазель? — спросил он.— Садитесь, прошу вас.

— Ох,— сдавленным полустоном произнесла девушка, глядя на него внимательно.

— Да? В чем дело?

Она смутилась.

— Знаете, я лучше постою...

В ее голосе ощущалась неуверенность.

— Как угодно.

Он уселся на свое место. Девушка заерзала ногами, посмотрела на них, на окно, потом опять на Пуаро.

Тот терпеливо ждал.

— Вы и есть Эркюль Пуаро?

— Конечно. Чем могу быть вам полезным?

— Понимаете, это очень сложно... То есть я хочу сказать...

Пуаро почувствовал, что ей надо немного помочь.

— Мой слуга передал, что вы хотите посоветоваться, потому что, возможно, совершили убийство. Это так?

Девушка кивнула:

— Правильно.

— Но в таком деле не может быть никаких сомнений. Вы сами должны точно знать, виновны или нет.

— Не знаю, как и объяснить...

— Садитесь же,— с ласковой настойчивостью предложил Пуаро,— снимите с себя напряжение. Расслабьтесь. И объясните все по порядку.

— Не представляю, как... Господи, все это так сложно. Знаете, я... я передумала. Мне не хотелось бы быть невоспитанной, и я лучше уйду.

— Наберитесь смелости и расскажите все.

— Не могу. Понимаете, я намеревалась прийти, все вам рассказать и попросить мне помочь... но я не могу.

— Почему?

— Мне очень жаль, я боюсь показаться грубиянкой. Только...

— Только что?

Она глубоко вздохнула, посмотрела на Пуаро, быстро отвернулась и выпалила:

— Вы слишком стары! Никто мне не говорил, что вы... что вы так... что вы такой старенький... Не сердитесь, честное слово, я очень сожалею.

Повернувшись на каблуках, она вылетела из комнаты, как будто опасалась, что Пуаро станет ее удерживать.

Пуаро услышал, как внизу хлопнула дверь.

 Глава 2

Зазвонил телефон.

Эркюль Пуаро, казалось, этого не слышал. Но он продолжал дребезжать, этот бездушный аппарат, пронзительно и непрерывно.

В комнату вошел Джордж, неслышно подошел к столику, вопросительно посмотрев на хозяина.

Пуаро махнул рукой:

— Пусть себе...

Джордж тихо удалился. Но телефон оказался на редкость упрямым. Раздражающий звук звонка заполнил все помещение. Но вот он прекратился, но только для того, чтобы через минуту раздаться с удвоенной силой.

— Черт побери! Это наверняка женщина! Тут не может быть никакого сомнения.

Вздохнув, Пуаро поднялся с места и подошел к аппарату.

 Алло!

— Это вы, месье Пуаро?

— Я самый.

— Говорит миссис Оливер. Я почему-то не узнала ваш голос.

— Добрый день, мадам. Как вы поживаете? Надеюсь, вы здоровы?

— Да, у меня все хорошо.

Голос знаменитой писательницы, автора детективных романов, был, как всегда, энергичен.

— Наверное, я звоню вам слишком рано, но мне необходимо заручиться вашим согласием. Мне поручено уговорить вас прибыть на ежегодное общее собрание членов «Детектив-клуба» в качестве почетного гостя и рассказать о некоторых случаях из вашей практики.

— Когда это будет?

— 23 числа следующего месяца.

У телефона раздался глубокий вздох.

— Увы, я слишком стар.

— Слишком стары? Что за ерунда? Откуда вы это взяли? Вы совсем не стары.

— Вы считаете, что нет?

— Разумеется нет. Вы потрясающий человек. Такого второго детектива не знает свет. Вы сумеете рассказать нам столько интересного!

— Кто захочет меня слушать?