Читаем Обрученные грозой полностью

— Monsieur Ламбург! — позвала она. — Monsieur Ламбург! Мы здесь!

Он покрутил головой, услышал, что его зовут, заметил Докки и направился к ней, на ходу промокая платком красный вспотевший лоб.

— О, вот вы где, ma chèrie Евдокия Васильевна… ваше превосходительство, — громко сказал он, низко поклонившись Палевскому, снисходительно кивнул молчаливому поляку и приложился к ручке княгини. — Я-то везде вас ищу, ma chèrie Евдокия Васильевна, да-с…

С этими словами он оттопырил локоть и подставил его Докки.

— Позвольте сопроводить вас, ma chèrie Евдокия Васильевна…

Палевский молча наблюдал за этой сценой, лицо Сандры светилось откровенным торжеством. Докки, для которой сразу стал немил весь белый свет, покорно потянула свою руку из-под локтя генерала.

Но он не отпустил ее, прижал крепче к себе и сказал:

— Э-э… господин…

— Ламбург, — вмешалась Сандра. — Вольдемар Ламбург, жених баронессы.

— Ваше превосходительство… — пробормотал Ламбург, крякнул и еще раз поклонился Палевскому, определенно не собираясь опровергать слова Качловской. — Да, я… гм… мы…

Докки не успела вымолвить и слова, как граф бесстрастным голосом заявил:

— Увы, этим вечером вам, господин… Ламбург, придется обойтись без общества баронессы. Она приглашена государем к его столу и была столь любезна, что не отказала его величеству в этой малости.

С этими словами он прошел мимо изумленного Вольдемара, княгини и ее спутника, уводя с собой не менее изумленную Докки.

— Но меня не приглашал государь! — прошептала она.

— Его величество пригласил меня, а я — вас, — ответствовал он, все так же крепко прижимая к себе ее руку.

Докки досадовала, что Палевский увел ее прежде, чем она успела осадить Качловскую и развеять миф о своей помолвке с Ламбургом. И еще ей показалось странным, что генерал не отпустил ее с женихом, хотя, казалось, он должен был отвернуться от нее, узнав, что она чужая невеста, или как-то на это отреагировать.

«Видимо, ему все равно — свободна я или нет», — с обидой подумала она, но тут вспомнила, что Палевский слышал разговор сплетниц в саду и с самого начала знал о ее женихе, и это не помешало генералу познакомиться с нею, танцевать и беседовать при каждом случае.

Докки ничего не понимала. Если она ему нравится и он хочет склонить ее к связи, то зачем постоянно настраивает ее против себя? Ведь ему достаточно сделать даме пару комплиментов, улыбнуться и посмотреть на нее светлыми глазами, чтобы та согласилась на что угодно. «Но не я, — мысленно поправилась она, — хотя и мне трудно устоять перед его обаянием».

Наконец появился государь со свитой, и все гости разместились за столами и приступили к трапезе. Докки сидела между Палевским и каким-то незнакомым ей чином Главного штаба. В общем разговоре обсуждались только что полученные сведения о прибытии Бонапарте в Данциг и недавний визит в Вильну графа Нарбонна.

— Нарбонн при всех признал, что рассуждения вашего величества были весьма и весьма убедительны и логичны, — воскликнул кто-то из придворных. — Он же смог на них ответить лишь общими фразами, не имея никаких аргументов.

— Каким образом можно было возразить на мои слова, когда я заявил, что не начну первым войны, но и не положу оружия, пока хоть один неприятельский солдат будет оставаться в России? — ответил довольный собой император, которому было приятно вспомнить, как он осадил посла Бонапарте. — Я так ему и сказал: ваш повелитель — великий полководец, но на моей стороне вся огромная Россия и бесстрашная армия.

При этих словах все зааплодировали.

— Вот злая шутка, — вполголоса сказал чин Главного штаба Палевскому. — Родной брат Людовика XVI находится в подчинении человека, который захватил власть во Франции.

— Родной брат? — удивилась Докки, которая вечно была не в курсе последних сплетен. — Как же…

— Утверждают, что Нарбонн — плод сомнительной связи Людовика XV с собственной дочерью[16], — пояснил Палевский. — Хотя официально он считается законным отпрыском знатнейшего испанского рода, несколько веков владеющего графством Нарбонн в Южной Франции. Его родители занимали важные должности при дворе французского короля.

— Но без каких-либо оснований не появились бы эти слухи, — заметил чин.

— Иногда высказанной вслух зловредной мысли достаточно, чтобы пошли разговоры, — ответил Палевский. — Ничего не могу утверждать насчет появления на свет Нарбонна, но достаточно хорошо знаю свет, живущий слухами и сплетнями.

Он наклонился к Докки и тихо спросил:

— Этот господин Ламбург — действительно ли ваш жених?

— О, нет, — так же тихо ответила она, обрадованная, что Палевский сам затронул эту тему. — Это лишь пересуды некоторых дам…

Граф с удовлетворенным видом кивнул:

— Я так и подумал. Какой жених позволит своей невесте ужинать с другим?

«Вольдемар позволит, — про себя усмехнулась Докки, — если это поможет ему обрести нужное знакомство для карьеры. А вот Палевский никогда бы не отпустил с кем-то другим свою даму — будь она его невестой или спутницей на один вечер…»

Он будто прочитал ее мысли, поскольку добавил:

— Я бы не позволил.

— Не сомневаюсь, — пробормотала она.