Читаем Обреченная полностью

— Он был построен несколько сотен тысячелетий тому назад, Марк, — сказала она. — С тех пор многое могло измениться. Может быть, раньше, здесь водились орлы. Откуда тебе знать?

Они забрались внутрь машины и направились обратно в штаб-квартиру с их точки зрения бесполезной космической экспедиции. Штаб, находившийся к западу от собственно руин, напоминал скорее нагромождение бежевых панелей.

— Возможно, — признался он. — Хотя у нас есть очень приличные видеосъемки окаменелостей. Но это не имеет значения. Лучше согласиться с Платоном: существуют определенные формы, которым природа отдает предпочтение, и при этом они не встречаются у живых существ.

С этими словами он встал и потянулся.

— А что, по-твоему, случилось с местными? — спросила Хатч. — От чего они погибли?

Доминирующая раса на Пиннакле исчезла значительно раньше. Почти три четверти миллиона лет назад.

Черновски покачал головой. Он был высокий и угловатый, седой, с темными глазами. Полжизни он провел на этой планете и уже распорядился похоронить его здесь, когда придет его смертный час. Он старался всегда иметь шанс побеседовать с гостями, и потому появлялся перед ними первым.

— Кто знает? — произнес он. — Вероятно, они состарились. Расы тоже старятся, точно как люди. Нам известно, что здешнее население решительнейшим образом шло навстречу своей гибели.

— Откуда вам это известно?

— Мы умеем определять даты. В последние годы городов становилось все меньше.

— Поразительно, — заметила она.

Черновски улыбнулся, принимая этот комплимент как должное.

Хатч посмотрела из окна на груду камней, оставшихся от первоначального храма.

— Как много из этого экстраполировано? Из того, что мы только что видели?

Автомобиль остановился, и они вышли.

— Нам известно очень много о том, на что походил этот храм. Мы не в курсе всех подробностей, но наши данные довольно достоверны. Что касается скульптурной группы, мы обнаружили — и здесь, и в других местах — достаточно обломков, чтобы на основании полученных данных построить модель. Подозреваю, что если бы местные смогли вернуться, они чувствовали бы себя в нашей симуляции совершенно как дома.

* * *

Археологические раскопки на Пиннакле проводились почти тридцать лет назад. В настоящее время более двух тысяч исследователей и подручного персонала уже рассеялись по нескольким дюжинам мест.

Пиннакль, конечно, по-прежнему оставался обитаемой планетой, однако это представляло минимальный интерес для экзобиологов. Его разнообразных обитателей уже занесли в каталог, построили и тщательнейше проанализировали их электронные модели, и теперь оставалось лишь пополнять коллекции. Больше никаких сюрпризов, равно как и научных открытий, не ожидалось.

Однако очарование и восхищение, вызванные первым столкновением с аборигенами, еще не поблекло. Строители храмов обитали на всех пяти материках; руины их городов обнаруживали повсюду, кроме самых далеких ледяных шапок. Но их предали забвению. Они были самой древней, причем с большим отрывом, цивилизацией, известной людям. И несмотря на хвастливые речи Черновски, люди не знали ни одного названия, относящегося к местным племенам. Даже имени их главного божества.

Хатч поблагодарила Марка за поездку и вернулась к «роверу». Она постояла несколько секунд, уже будучи наполовину в машине, пристально глядя на круг древних камней и соображая, какая же часть увиденного в храме была подлинной, а сколько там плодов воображения дизайнеров Черновски.

Костюм с защитным полем сидел на ней, как вечернее платье, только лицо прикрывал жесткий овальный щит, позволявший ей говорить и дышать без труда. Еще он оберегал от резких перепадов температуры и высокой радиации, к тому же сохранял атмосферное давление, обеспечивая возможность работать в вакууме. Надев подобный костюм, скорее чувствуешь, что одет в просторные майку и шорты из мягкой ткани. Мощность извлекалась за счет электрослабого взаимодействия, и костюм мог бесконечно подпитывать сам себя.

Когда здесь возвели храм, климат был намного мягче, а на окрестных землях процветало земледелие. Позднее город и храм были разграблены и сожжены, однако затем храм восстановили — и несколько раз отстраивали заново после штурмов этого бастиона. В конце концов, по мнению специалистов, он стал центром империи.

А потом начал медленно, но верно рассыпаться в песок.

Загудел комм.

— Хатч? Мы готовы к вылету.

Это была Тони Хамнер, одна из ее пассажиров. В данный момент Тони руководила погрузочной командой.

Двое из людей Черновски поднимались из ямы по выщербленным каменным ступеням.

— За мной, — велела Хатч.

Через несколько минут она находилась перед посадочным модулем. Рядом стоял еще один «ровер», и с него сгружали ящики, содержавшие артефакты и почти уникальные фрагменты храма, залитые перед упаковкой защитной пеной.

— Мы прихватили кое-какую керамику, — сообщила Тони. — И даже одну статую.

— Статую? Чью?

Та рассмеялась.

— Над этим не задумывались. Однако она в хорошем состоянии.

Подошли еще двое грузчиков. Один смотрел на эмблемы корабля.

— Чаши, — произнес он. — Вы верите в это? До сих пор?