— Доброе утро, мистер Макаллистер. Весьма рад встретиться с вами, сэр. — Он сидел в обшитом тканью кресле, которое, пока они шли, словно бы летело, зависнув примерно в метре над землей. — Я знаю, что у вас сейчас трудное время. Однако я уверен: вы понимаете, что весь мир следит за вами. Мне бы хотелось спросить, не затруднит ли вас сделать комментарии для всезвездной аудитории?

— По поводу Обреченной?

— Именно так.

— Разумеется. Это место — Узилище. Оно пугает меня, и хочется скорее убраться отсюда.

— Хорошо. Не сомневаюсь, что так оно и есть. — Кэньон обаятельно улыбнулся. — Но ведь, конечно, помощь уже спешит?

— Нет. Насколько я понимаю, помощи взяться неоткуда. — Макаллистер шел позади остальных, поэтому немного прибавил шагу. — Скажите, у вас на борту случайно нет посадочного модуля?

— Боюсь, что нет. Хотя хотелось бы, чтобы он был. Мы предполагали, что вылетаем сюда просто чтобы запечатлеть это астрономическое событие. Ни с кем на Земле не могло бы случиться подобной истории.

— Да, да, — отозвался Макаллистер и посмотрел на Хатч.

У нее тоже появилась надежда, что, может быть, им улыбнулась удача. Хоть Марселю следовало иметь в виду и это медиа-судно и знать все о нем, тем не менее люди иногда упускают что-то из виду. Это довольно обычное дело, и сам Макаллистер пока не отчаивался.

— Вы сейчас в эфире? — спросил Макаллистер. — И ведете прямой репортаж?

— Нет, — ответил Кэньон. — Мы все записываем, но вести трансляцию не будем. Без вашего разрешения. Однако людям известно, что здесь происходит. И они обеспокоены. Вы знаете, что в церквях всего мира молятся о вашем спасении? Завтра на лужайке у Нового Белого дома состоится молитвенное собрание.

— Молятся за меня? — спросил обескураженный Макаллистер. — Большинство считает меня проклятым Богом атеистом.

Кэньон смущенно поежился.

— Все хотят, чтобы вы выбрались оттуда, мистер Макаллистер. Все вы.

— Что ж, Август, должен сказать, что все это чушь собачья. Надеюсь, вы понимаете, о чем я.

Кэньон улыбнулся.

— Не думаю, что вы представляете, какой интерес возник к этому делу. Вам известно, что «Парабола» уже затеяла симпозиум?

— Неужели? И что из того?

На точеном лице Кэньона появилось выражение «ой, заливает!»

— Полагаю, вас надеются на нем увидеть.

Келли хмыкнула.

— Август, — промолвил Макаллистер, — если вас интересует, что мы собираемся делать, вы обратились не по адресу. Экспедицию возглавляет Присцилла Хатчинс. Ей известно о ситуации куда больше, чем мне.

Изображение Августа изменило угол обзора, и в пределах поля зрения сканера появилась Хатч, так, чтобы он смог ее видеть. Кэньон внезапно обратился к своей аудитории, заговорив быстро и назойливо:

— Перед вами Присцилла Хатчинс, на которую прошлой ночью напало растение-убийца. Присцилла, не поведаете нам, что случилось с вами на самом деле?

— Оно обхватило меня, — ответила она.

— Какого рода было это растение?

— Большое. — Хатч взглянула на Келли. — Август, мне бы не хотелось показаться человеком, не желающим сотрудничать с прессой, однако времени у нас сейчас нет.

— Понимаю, Присцилла. Тогда не стану вам мешать, пока не подвернется более благоприятный момент. Хотя нам бы очень хотелось устроить интервью в прямом эфире. Когда вам будет удобно. Мы просто сядем и немного побеседуем. О ваших ощущениях. Что вы прежде всего чувствовали в известных обстоятельствах. — Он сделал сочувственное лицо. — Если вы уверены, что сумеете прояснить все прежде чем… ну, вы понимаете… — Он продемонстрировал ряд белоснежных зубов, словно бы показывая тем самым, что сознает свое отстраненное отношение к ее переживаниям, но таково его ремесло.

— Он подонок, — заявила Келли по личному каналу. — Ничего ему не рассказывай.

— Пойдите ему навстречу, — посоветовал Найтингейл, тоже по личному каналу связи. — Про нас уже известно очень много. Если мы верно разыграем карту… Почему бы с ним не посотрудничать?

Так думала и Хатч. Среди её умений было запросто укоротить выскочку-управленца, полагающего, что ему все можно. Может, нанять автора-«негра», чтобы тот написал за нее мемуары? Недурная мысль. Ее старая подруга Джанет Аллегри недавно опубликовала свой отчет о миссии «Омега», назвав его «Двигатели Бога», и заработала кучу денег.

Но вот чертовщина: это ведь Кэньону надо зарабатывать на жизнь. Почему ее должны заботить его проблемы? С другой стороны, это может дать всем им новую пищу для размышлений.

— Хорошо, Август, — согласилась она. — Давайте. Сегодня вечером. После ужина.

20